Автор
В бесконечных песках пустыни вынужден двигаться шаг за шагом. Жизнь становится непосильной борьбой с жарой и желанием напиться воды. Песок царапает кожу, словно злобная насмешка над уставшим телом. Как долго я иду? Часы теряются в бесконечных ожиданиях, дыхание становится тяжелым, а губы болезненно обветрены от безмятежной стужи....
- Смеется тот, кто смеется последним.
Смех умолк. В ответ мне никто ничего не сказал и мы с Парном не торопились общаться вслух, поддерживая друг друга взглядами и старясь насладиться последними минутами.
Дверца клетки заскрипела от разматывания удерживающей ее вместо замка толстой цепи.
-При малейшей возможности я приду, - прошептал я Парну.
Меня выволокли за ноги и перекинули на плечо как мешок с мукой, понесли в неизвестном направлении.
Повернув голову чуть в сторону, чтобы лучше рассмотреть куда меня несут.
"Оказывается мы во дворе большого дома, я так решил, потому что сертятня, стоящая чуть в стороне, была довольно приличных размеров, да и много слуг шастали по двору совершенно не обращая на меня никакого внимания. У них, наверное, тут каждый день народ подобным образом таскают. Те из слуг, которые все же удосужились бросить на меня свои взгляды замирали, пялясь. Моя необычная внешность их заинтересовывала.
Подкинув меня и устраивая снова на массивном плече, носильщик нырнул в какую-то арку, пригнувшись и придержав меня за зад, чтобы я не съехал с плеча.
Он занес меня в отдаленную камеру, скинув на пыточный стул, почти что трон, и отступив на шаг, поиграл плечами, покрутил головой и, дождавшись определенного хруста в шее, перестал.
Принесший меня амбал внушительных размеров, но с совершенно имбецильным выражением лица, встал чуть в стороне, ожидая хозяев. Я же с трудом сидел, связанный как сосиска.
Через несколько минут послышались шаги. Идущие весело переговаривались, а мне становилось все страшнее и страшнее, к тому же я стал считать стук сапог по каменному полу, чтобы определить сколько гостей сейчас ко мне пожалуют. По моим подсчетам их было пятеро.
-А вот и он, - расплылся в слащавой улыбке Шалиту, заходя в камеру не один.
-Ошибся, - пробормотал я, видя что их было не пятеро, а девять плюс еще и тот, кто меня принес. Еле разместившись в небольшой комнатке, все десять пар глаз вперились в меня.
-Он божественен, Шалиту,- пропел незнакомый мне мужчина лет сорока жгучий брюнет, с носом больше похожим на пятак свиньи и пухлыми губами, а темные узкие глазки так и облизывали меня с ног до головы.
