Автор
В переносном смысле этого слова, но это было наказание - осознавать, что мир смотрит на неё издалека. Она управляла своими мыслями и действиями, контролируя каждый шаг, как собака зализывает свои раны после падений. Но даже на десять шагов вперед ей было сложно, а иногда и один не получался....
Очень жаль, что этот престарелый Ромео Юрий вернулся повидать свою Джульетту тоже, честно скажем, не первой свежести и сорвал мои планы, мудак.
Валерий так увлекся воспоминаниями, что положил на стол свой суперпистолет и стал крутить лягушку в руках.
– Прекрасная вещь, в моем деле так просто находка оказалась. Ну что, нашли ручку?
– Да, вот она, – голос Беллы срывался, а руки дрожали. В руках же она держала ручку немного большего размера, чем обычно, зато лакированную и красивого бордового цвета.
– Что вы так переживаете, я же обещал вам, что больно не будет, – улыбаясь своим некрасивым ртом, произнес Дворников.
"– Зато я вам ничего не обещала, – прошелестела Белла, глаза у нее стали огромные и испуганные. В замедленном действии, как в кино, Белла сняла колпачок с красивой ручки. Там вместо ручки оказался колпачок для распыления. Спрей струей ударил Валерию в лицо – это был газовый баллончик. Валерий, защищаясь, с закрытыми глазами бросил в ответ в нее лягушку. Красавица с зелеными глазами угодила Белле прямо в лоб, и, как в завершение действия, Белла стала проваливаться в густую тьму.
– Белла, не проваливайся, Белла, открой глаза, Белла, не вздумай, ты мне нужна.
И на этой прекрасной ноте, абсолютно счастливая, она отключилась.
* * *Осень решила преподнести прощальный подарок, кусочек лета. С утра солнце светило по-летнему радостно и ласково. Дмитрий Иванович проснулся совершенно счастливым человеком, причина же этого ощущения сейчас спала, как младенец, в его кровати.
«Да, крепко ей прилетело лягушкой», – подумал Дмитрий, и сердце кольнуло от жалости. Вчера он ничего ей не успел объяснить, хотя нет – один факт он все-таки объяснил, ну или попытался объяснить.
После того, как Белла пришла в себя, она залепила смачную пощечину ему и расплакалась.
– Так было надо, понимаешь, он должен был подумать, что ты одна. Мы должны были взять его с поличным, иначе у нас на него ничего не было бы, кроме догадок.
Оправдания казались так себе, голос звучал как-то неуверенно, и Дмитрий Иванович понимал, что неубедителен. Ничего не придумав лучше, он взял ее голову в свои руки и поцеловал.
