Автор
В переносном смысле этого слова, но это было наказание - осознавать, что мир смотрит на неё издалека. Она управляла своими мыслями и действиями, контролируя каждый шаг, как собака зализывает свои раны после падений. Но даже на десять шагов вперед ей было сложно, а иногда и один не получался....
Пусть немного местечково, но зато красиво не сравнить с московскими эмансипэ в кроссовках и с грязной головой. Московские женщины не смотрят по сторонам, они все делают на ходу: красятся, записывают детей в поликлинику и – о, боже – даже курят прямо на ходу. Здесь же это особый ритуал, здесь никогда так не курят, здесь выходят покурить для общения, ну а если в баре, то для нового знакомства.
Ах, если бы они знали, эти ухоженные и одетые как настоящие леди дамы, как они были бы востребованы в таких эмансипированных городах, как Москва или Питер, то рванули бы туда все и тотчас.
Все это очень нравилось Александру. Все, кроме его полетов, – с этим здесь был мрак. Приходилось летать в города, откуда он вез группы, такие полеты были необходимы, начальство требовало. По сути, кроме Москвы, самолеты из Благовещенска никуда не летали, поэтому приходилось лететь в Москву, потом в город назначения, а затем обратно тем же путем.
Но благовещенцы и здесь не унывали, они вообще неунывающий народ, эти дальневосточники. Приноровились летать по миру через Китай, благо он под рукой. «Светлые люди, – подумал Александров. – Закончатся эти перевозки групп, в Москву не вернусь, уволюсь и поселюсь здесь, женюсь на хорошенькой благовещенке, она нарожает мне кучу детей, и мы будем по выходным на машине ездить в Китай, как раз и мост через Амур к этому времени достроят».
«Зачем они поменяли гида для нашей группы? – снова неспокойная мысль уколола его в затылок. – Ездила Ирина, до мозга костей корыстная мадам, и все было хорошо и спокойно, тут какая-то молодая вертихвостка, и это тоже странно».
