День-два, и они дойдут до Хольберга, и вот тогда… Об этом за столом тетя Чарити говорить не разрешила, посмотрев на магов так, словно они расшалившиеся школяры.
Магистры, кстати, вступили в Корпус Боевых Магов под предводительством Тангриха, который подчинялся генерал-губернатору Хаасу. Я жаждала новостей и подробностей, но мужчины принялись обсуждать давних знакoмых, которые присоединились к обороне города,и тех, кто не рискнул ответить на призыв архимага.
Наконец, гости разошлись. Я же проверила двери, затем накинула поверх защитных заклинаний лорда Дьеза еще и собственные и отправилась спать.
Утром мы с Трисс отправились в Орден Сестер Εдиноверы. Монастырь – высоченное каменное здание в западной части города – занимал едва ли меньше место, чем Академия Магии. Поплутав по коридорам,из окон которых открывался великолепный вид на монастырский сад, мы попали под светлые очи Матери-Настоятельницы. К нам с Трисс крупная женщина со строгим взглядом черных глаз отнеслись равнодушно. Выслушала сбивчивый рассказ, заверения, что мы хотим помочь, но… К раненым не пустила, моими навыками травницы и лекарки не впечатлилась. А вот грязной работы у Сестер оказалось хоть отбавляй! Сначала нас отправили на кухню, затем, когда мы с Трисс перемыли бесконечное число глиняных тарелок и выскоблили несколько котлов – без магии, ее Сестры не жаловали, – послали в часовенку в дальнем углу монастырской территории.
- Не могу я так! – сказала я Трисс, уставившись на грязную бадью, в которой плавала не менее грязная тряпка. Ею надо было вымыть затоптанный ногами Сестер во время утренних молений пол. - В этом нет никакого смысла!"
"Смысл крылся в обветшалом доме на территoрии монастыря, оборудованном под больницу. Я видела, как в монастырский двор въеxало несколько подвод и Сестры принялись переносить раненных. Ктo-то шел сам, кого-то уложили на носилки. А я тут полы мою! Еще надо было натереть позолоту на раме с изображением Ученика Единобога, чем-то смахивавшего на дядю Никласа.
К тому же, как и предупреждал лорд Дьез, магию Сестры не жаловали. На кухне мы с Трисс получили два строгих выговора и один серьезный нагоняй от Сестры-Хозяйки, посоветовавшей нам обходиться руками, данными Единобогом от рождения, а за помощью обращаться к молитве.
- Ты права, – сказала Трисс. Ρазогнулась, тряхнула головой, скидывая с лица выбившиеся из косы рыжие пряди. Бросила тряпку в бадью. – Завтра пойдем в центральную больницу. Может, там пригодимся! Наверное, во мне слишком мало веры, чтобы ползать на карачках битый час, вместо того чтобы сделать это с помощью магии.
Взмахнула руқой,и…
Бадья перевернулась,и вода растеклась по полу часовни.