В воде бассейна плывет молодой человек, экспериментируя со стилями плавания. Вдруг девушка обращается к нему Мишель, предупреждая о возможных хвостовом избытке. А затем внезапно его подзывают родители, и все начинает принимать неожиданные повороты.
Я тем временем, повернулся к Ирине, опустился на одно колено.
— Милая и любимая моя Ирэн, в присутствии твоих родителей прошу тебя стать моей женой. В знак согласия, прими это колечко с бриллиантом, — передал девушке открытый футляр с кольцом, поднимаясь с колен.
Немая сцена, никто из Леверт не в состоянии говорить. Тогда, продолжу.
— Аркадий Семенович и Людмила Ильинична, я официально прошу руки вашей дочери. Заверяю, что я буду ей любящим мужем, хорошим отцом нашим детям, и неплохим зятем для вас.
Ураган по имени Ирэн налетел на меня.
— Да-да-да, я согласна стать твоей навеки милый, — повиснув на мне, не скрывая радости сообщила Ирэн, и не обращая внимание на присутствие родителей впилась поцелуем в мои губы. А, что, вполне нормальная реакция на предложение, не каждый день их тебе делают.
Деликатное покашливание Аркадия Семеновича прервало наш затянувшийся поцелуй.
— Мне кто-нибудь объяснит, что здесь и сейчас происходит? — поинтересовалась Людмила Ильинична. — Вначале приглашение в Вену от неизвестного мужчины, оплатившего перелет.
— Мама, — Ирэн удивленно округлила глаза, — чего тут непонятного. — Мишель сделал мне предложение, стать его женой, я его с радостью приняла, у вас он тоже попросил мою руку. Вы промолчали, значит, согласились. Мы любим друг друга, и уже не мыслим раздельное существование. Вы же не против счастья своей единственной дочери?
— Ну, это как-то неожиданно, спонтанно.
— Так мама, я Мишеля узнала так хорошо, что даже представить себе не можешь. Мы попали с ним в такой переплет, из которого живыми никто не выходит, а ты меня видишь перед собой, и можешь руками потрогать, я не фантом. И еще замечу, что колечко красуется на моем пальце, а значит, я теперь часть Мишеля, неотъемлемая часть.
— А вы Михаил почему молчите? — обратилась ко мне Людмила Ильинична.
— Предлагаю поднять бокалы в честь этого знаменательного события, — предложил я, вручая чете Леверт фужеры с шампанским, поданные молчаливым официантом. — Давайте откушаем немного, вы с дороги, проголодались. Потом, оставшись одни, мы вам все расскажем.
За ужином, в разговорах затрагивались темы погоды, перелета в Вену.
