– Это не значит, что так оно и есть, – предупреждающе добавил он. – Ее хотели отравить или Хизер Бэдкок – этого я не знаю. Это уже по вашей части. Я лишь говорю, что Марина Грегг, несомненно, была убеждена: чрезмерная доза лекарства предназначалась для нее.
Некоторое время Крэддок хранил молчание. Потом сказал:
– Спасибо, доктор Гилкрист. Вы сказали мне нечто очень важное, и ваши мотивы мне понятны. Ведь если эти ее слова на чем-то основаны, значит, ей и сейчас угрожает опасность, правда?
– Именно, – согласился Гилкрист.
– В этом вся суть.
– У вас есть причины полагать, что дело обстоит именно так?
– Нет.
– И вы не знаете, почему такое могло прийти ей в голову?
– Нет.
– Что ж, спасибо. – Крэддок поднялся. – Еще один вопрос, доктор. А мужу она это не сказала?
Гилкрист медленно покачал головой.
– Нет, – сказал он. – Уверен. Мужу не сказала.
Несколько секунд он смотрел Дермоту прямо в глаза, потом кивнул и спросил:
– Я вам больше не нужен? Ну, прекрасно. Тогда я загляну к больной.
Вы поговорите с ней, как только это станет возможным.
Он вышел из комнаты. Крэддок, поджав губы, принялся почти беззвучно что-то насвистывать.
ГЛАВА 10
– Джейсон вернулся, – объявил Хейли Престон. – Идемте со мной, главный инспектор. Я провожу вас в его комнату.
Комната, служившая Джейсону Радду кабинетом и гостиной, находилась на первом этаже. Она была уютной, но меблирована без всякой роскоши. И безликой – по такой не определишь, что за человек ее хозяин, каковы его наклонности и пристрастия.
Джейсон Радд поднялся из-за стола и вышел навстречу Дермоту. Н-да, подумал Дермот, вот уж кого не назовешь безликим, рядом с таким померкнет любая комната. Хейли Престон был вышколенным служакой и пустозвоном. В Гилкристе чувствовались сила и обаяние. А этого человека распознать нелегко, это Дермот понял сразу. За долгие годы работы в полиции Крэддок повидал немало людей. И мог с одного взгляда оценить потенциальные возможности человека, а зачастую и прочитать мысли собеседника.
Здесь же Крэддок мгновенно понял: прочитать мысли Джейсона Радда удастся лишь в той степени, в какой Джейсон Радд это позволит. Глубоко посаженные и задумчивые глаза словно пронзали тебя насквозь, сами же не раскрывали ровным счетом ничего. Неправильной формы встрепанная голова выдавала блестящий интеллект. Лицо клоуна могло вызывать отвращение, но могло и казаться привлекательным. Тут, подумал Дермот, надо внимательно слушать и тщательно все записывать.