Через пять минут как по заказу напротив нас останавливается черная машина, стекло медленно ползет вниз и я слышу знакомый голос с игривыми нотками:
— Устинова, потрясно выглядишь! Чур, за мной танец!
— Еще чего! — исключительно из вредности фыркаю, закатывая глаза. — Мечтай больше, Клюев.
Разумеется, я больше дразнюсь. И Ромка это понимает, поэтому ни капли не обижается. Думаю, ему это даже нравится.
Мы садимся на заднее сидение, Клюев немного поворачивает голову и, ухмыльнувшись мне, нахально заявляет:
— Тогда пусть твоя симпатичная подруга со мной потанцует!
Какой же все-таки дуралей. И нет, я ни капли не ревную, пока ребята знакомятся между собой. Вообще-то я и рада была бы почувствовать ревность, злость, обиду, но ничего не екает.
С переднего сиденья вдруг выглядывает Антон Батонов — парень из параллельного класса. Они с Ниной оказываются знакомы, а еще по горящему блеску в его глазах я понимаю — парень заинтригован.
— Эй, не смей к ней подкатывать, придурок! Я ее первый заметил! — наигранно возмущается Клюев.
При этом он бросает странные взгляды на меня. Постойте-ка… Он что, специально пытается вызвать во мне ревность?
— Поехали уже, Казанова! — фыркает Антон.
— Так вот кто меня сдал, — хитрым голосом протягиваю, зыркая через зеркало на Батонова.
— О чем ты? — непонимающе моргает.
— Это ты информатор Клюева! — восклицаю. — Это ж Антон тебе дал мой инстаграм?
Парни переглядываются и, понимая что отвертеться не получится, Ромка ворчит:
— Ничего от тебя, плюшка, не скроешь. Тебе с твоим чутьем нужно в следователи идти.
— Спасибо, я подумаю, — хмыкаю. — Но вообще-то ты, Батонов, мог и меня спросить прежде чем раскидываться моими контактами.
— Устинова, он неделю меня сводил с ума и клянчил твой номер телефона.
— Но у тебя же его нет, — замечаю.
— Постой… — клянусь, мои глаза становятся размером с блюдце. Рома же написал мне в тот же вечер… — Какую неделю?
Антон понимает, что сболтнул лишнего, поэтому делает вид, что не слышит моего вопроса. Перевожу взгляд на Клюева. Он смотрит прямо перед собой на дорогу, при этом покрываясь смущенным румянцем.
— Я чего-то не знаю…?
— Давай потом, Поль, — еще больше краснея, ворчит себе под нос.
И я оставляю эту тему. Мы еще вернемся к этому.
На вечеринке у Долматова как всегда шумно, тесно и громко. Нина с интересом озирается по сторонам. Она выглядит по-настоящему ошарашенной. Должно быть, не ожидала такого размаху. Что-что, а впечатлять Долматов умеет.
