– Я отвернулся от него и посмотрел на слабеющий огонь в камине. – Мне рассказывали, что в семьях Одаренных детей учат закрывать свой разум. С раннего детства они умеют возводить стену вокруг своего сознания. Потом, когда они взрослеют, их отсылают, чтобы они нашли подходящих партнеров, – напоминает выбор невесты или жениха.
– И что ты предлагаешь? – спросил Чейд.
Я довел свою мысль до конца:
– Королева выбрала невесту для принца Дьютифула, чтобы создать политический союз. А что, если семьи Древней Крови сделали то же самое?
Наступило долгое молчание. Я посмотрел на Чейда. Его взгляд был устремлен к огню, он пытался осмыслить ситуацию с совершенно новой для него точки зрения. Он принялся рассуждать вслух:
– Обладатели Древней Крови выбрали животное, чтобы оно связало свою судьбу с принцем. Естественный вывод: леди Брезинга обладает Даром, более того, вся ее семья принадлежит к Древней Крови. Каким-то образом они узнали, что принц наделен талантом к Звериной магии. – Чейд вновь задумался. – Возможно, именно они стоят за посланием, в котором говорится, что принц Одарен… Я по-прежнему не понимаю, какая им от этого выгода.
– А какая выгода для нас в браке Дьютифула с девушкой с Внешних островов? Союз, Чейд.
Он нахмурился:
– Кошка каким-то образом сохраняет связь с семьей Брезинги? Они рассчитывают, что кошка сумеет повлиять на действия принца?
В его устах подобные рассуждения выглядели смешными."
"– Я еще не до конца во всем разобрался, – признался я. – Но что-то здесь нечисто. Возможно, их единственная цель состоит в том, чтобы доказать, что принц наделен Даром, следовательно, никого нельзя казнить за владение этим видом магии. Или они хотят заручиться сочувствием принца к Одаренным, а через него найти подходы к королеве.
Чейд искоса посмотрел на меня:
– Вот с таким мотивом я могу согласиться. Не стоит исключать и намерение шантажировать королеву. После того как принц будет связан с животным, они могут требовать политических уступок, угрожая раскрыть истинную природу принца. – Чейд отвел глаза. – Или попытаться превратить его в животное, если мы не выполним их требования.
Как всегда, разум Чейда оказался острее моего, и я с облегчением предоставил ему оттачивать мои идеи. Мне совсем не хотелось, чтобы мой наставник ослабел разумом и телом. Во многих отношениях он по-прежнему стоял между мной и внешним миром. Молчаливым кивком я согласился с его предположениями.
Чейд неожиданно встал.
– Значит, у нас есть все основания двигаться намеченным курсом. Садись в мое кресло. Ты похож на попугая, примостившегося на жердочке; на стуле невозможно сидеть долго. Все манускрипты о Силе сходятся в одном: практикующий должен устроиться как можно удобнее, чтобы тело не отвлекало разум.