Остальные охотники отъехали от нас уже довольно далеко и разговаривали между собой. Лорел закрыла шкатулку и протянула мне. Когда мы присоединились к отряду, охотница повернулась ко мне, посмотрела в глаза и сказала:
– Вчера, Том Баджерлок, ты выглядел совсем иначе. Тебе следует больше заботиться о своей внешности. Результат того стоит.
Я онемел от ее слов, а она, улыбнувшись моему изумлению, пришпорила коня и догнала лорда Голдена. Мне неизвестно, о чем они говорили, но только вскоре отряд решил вернуться в Гейлтон. Мешки с добычей были заполнены, солнце жарило изо всех сил, а кошки казались раздраженными, словно им надоела охота.
Короче говоря, аристократы, участвовавшие в охоте, пришпорили коней и с удовольствием поспешили укрыться за толстыми стенами особняка леди Брезинги. Мы же последовали за ними. Моя Вороная легко мчалась вперед, несмотря на пыль, которая окутала нас с ног до головы.
Участники охоты отправились в свои комнаты, чтобы привести себя в порядок, помыться и надеть свежую одежду, в то время как слуги занялись лошадьми и кошками. Я шагал за лордом Голденом, который с гордым видом прошествовал в свои апартаменты. Я бросился вперед, чтобы открыть перед ним дверь, а затем быстро захлопнул ее, когда он вошел, и тихонько задвинул щеколду.
Повернувшись к Шуту, я увидел, что он уже смывает грязь с лица и рук.
– Что произошло? – спросил он меня.
Я рассказал.
– С ним все будет в порядке? – взволнованно спросил он.
– С принцем? Не знаю.
– Я про Ночного Волка, – нетерпеливо сказал Шут.
– Насколько возможно. Чуть позже я отнесу ему еще воды и мяса. Ему было больно, но раны не смертельные.
Впрочем, мне не понравился вид воспаленных царапин на животе. Шут словно угадал мои мысли.
– У меня есть мазь, которая облегчит боль, если он позволит тебе ее использовать.
– Сомневаюсь, что позволит, – улыбнувшись, ответил я. – Но я все равно возьму.
– Хорошо. Теперь мне нужно придумать причину, по которой нам троим нужно покинуть Гейлтон сразу после обеда. Мы не можем допустить, чтобы след принца остыл. Кроме того, сомневаюсь, что мы сюда еще вернемся.
Шут говорил и одновременно снимал куртку, стряхивал пыль со штанов и протирал влажной тряпкой сапоги. Взглянув в зеркало, он несколько минут рассматривал свое отражение, затем провел щеткой по волосам. Мягкие пряди поднялись в воздух и последовали за щеткой, короткие волосы на висках топорщились, точно усы у кота. Шут сердито фыркнул и перестегнул тяжелую серебряную заколку, которая удерживала волосы на затылке."
"– Так. Все в порядке. Собирай вещи, Том Баджерлок. Будь готов к тому времени, когда я вернусь после обеда. Мы уезжаем.
И он ушел.
Со вчерашнего вечера на столе остались фрукты, сыр и хлеб.