В усадьбе гремела какая-то буря: крики, ссоры и непривычные звуки. Маринка исчезла, а Гаврюша не мог понять куда. Я стояла в темном коридоре, пытаясь унять дрожь от этих таинственных происшествий, когда внезапно из леса раздался голос: Мистер-кудряшка!
– Что здесь происходит? – Раздался рокот его голоса над нашими головами.
Зинаида Михайловна быстро переместила стопку бумаг за свою спину и возмущенно посмотрела на сына.
– Я же сказала, что буду лучшей свекровью на свете. А вот как ты посмел вломиться и помешать нашему девичнику, другой вопрос. – Она наставила на сына указательный палец. – Иди, лучше, распорядись на счет обеда.
– Мам! – Возмущенное.
– Ты хочешь свою невесту голодом заморить? – С нотками истеричной визгливости. И как у нее получается включать такие интонации по желанию?
– Мы еще поговорим об этом.
– Яна, ты у нас самое слабое звено. Саша будет пытаться тебя расколоть. – Зинаида Михайловна вынула бумаги из-за спины.
– Скажу, что мы занимались вашими дивидендами. – Пожала плечами.
– Ты врешь из рук вон плохо. – Заметила Иринка.
– Я же не буду врать. Мы все пострадаем, если ничего не предпримем. – Попыталась объяснить я.
Кажется, мне никто не поверил. Ну да ладно.
Во время приема пищи Саша пристально наблюдал за нами, но вряд ли он что-то смог заподозрить. Иринка с Зинаидой Михайловной обсуждали последнюю коллекцию какого-то неизвестного мне дизайнера. Мы с Адой Лаврентьевной тихо перешептывались по поводу новой программы по бухучету, которая сама ведет статистику известных компаний и выдает советы по развитию твоей.
После позднего обеда, отправив сына «погулять» и не лезть в девчачьи дела, Зинаида Михайловна вновь загнала нас в кабинет.
Мы это наблюдали в окно кабинета. Степанида выбралась наружу в абсолютно черном костюме и с ружьем за спиной. Один из охранников жестом показал, что с оружием в помещение нельзя, тем более если у тебя на поясе еще и патроны к нему.
