В усадьбе гремела какая-то буря: крики, ссоры и непривычные звуки. Маринка исчезла, а Гаврюша не мог понять куда. Я стояла в темном коридоре, пытаясь унять дрожь от этих таинственных происшествий, когда внезапно из леса раздался голос: Мистер-кудряшка!
А вот потом пятнадцать километров бездорожья. Хорошо, что у нас машина высокая. – Он вдруг весело мне подмигнул.
Я отвернулась, глядя на унылый осенний пейзаж.
– Надеюсь, Иван Маринке перенервничать не даст. – Проговорила я вслух, чтобы нарушить тишину в машине."
"– Ян, все хорошо будет. – Рука Александра легко сжала мою ладонь и вернулась на руль. Я недоверчиво хмыкнула. – Нет, правда. Отдохнем пару недель. Сейчас в лесу опята растут, можем прогуляться за ними. В доме есть котел, все отапливается. И сад… Там яблони, груши, вишня…
– Для вишни поздно уже.
– Значит, без нее обойдемся. – Он повернул на очередном ответвлении дороги влево. – Там река рядом. И просто красиво. Бабушка каждое лето меня туда возила, пока живая была. Она там выросла. А дом новый уже отец ставил. Маме-то загородного хватает, а бабку все в родные места тянуло.
Я молчала, стараясь отогнать от себя подступающую все сильнее тревогу. И что у меня с нервами? Неужели так испугалась каких-то там похитителей? Или я просто так боюсь остаться с Барановым наедине в непролазной глуши? Кажется, я уже знаю, чем наша поездка закончится.
Через полчаса мы заехали в большой поселок.
– Я с тобой. – Я тут же щелкнула замком ремня безопасности.
– Опасно…
– Саш, вот что ты купишь? А готовить как будешь? – Я раздраженно посмотрела на него.
Тот, подумав, согласился.
– Ладно. Но от меня не отходи. – Предупредил он.
На закупку необходимых продуктов у нас ушел почти час. С Барановым пришлось спорить едва ли не по каждому пункту. Дай ему волю, он накупил бы готовой еды и полуфабрикатов.
Когда он на кассе достал пачку денег, я совсем расстроилась.
– Я заплачу. – Попыталась встрять.
– Чем? – Полюбопытствовал он, пока кассирша пробивала товар.
– Карточкой. – Сообщила ему.
– Нельзя. По ней тебя могут вычислить. – Покачал он головой и улыбнулся заинтересовавшейся нашим разговором кассирше.
