— Я терпел из уважения к вам, джентльмены, но сейчас мне очень надо пойти опростаться. Прошу извинения.
Он двинулся налево и стал спускаться в овражек, заросший кустами и засыпанный листьями.
— Эй, ты куда? — шагнул в ту же сторону Грейтхаус.
— Я ж вам сказал. — Морг метнул на своих конвоиров злобный взгляд. — Хотите меня за ручку подержать?
Он сошел в овраг, не обращая внимания на пистолет, и спустил штаны, явив свету большую белую задницу; Грейтхаус и Мэтью немедленно отвели глаза.
— Только чтобы оставался все время на виду! — приказал ему Грейтхаус, отойдя на несколько шагов в сторону.
Испражняясь, Морг страшно и громко бранился, кряхтел и тужился. Мэтью была видна только его макушка, а все, что находилось ниже, ему созерцать вовсе не хотелось. Наконец дикие звуки прекратились, послышался шорох сгребаемых в горсть и, вероятно, используемых по назначению листьев, и Морг, натянув серые бриджи, снова появился перед ними. Сзади у него развевался длинный нижний край серой рубахи.
— Спасибо, — сказал Морг. — Теперь я готов.
— Иди первым, — распорядился Грейтхаус. — И не торопись.
Морг вошел в мертвый форт, Грейтхаус отставал от него на несколько футов, а за ним следовал Мэтью.
За стенами лежал в руинах небольшой городок. Дорожки, по которым между бревенчатыми домами когда-то ездили на лошадях, заросли сорняками и были усыпаны обломками бочек, черепками и другим мусором. Огонь пожрал почти все, что находилось внутри построек, вплоть до хвороста для розжига. Перевернутый фургон и ставни, срубленные с оконных коробок немногих уцелевших домишек, свидетельствовали о том, какой погром тут был учинен. Двери были сорваны с петель и отброшены в стороны. Войдя в городок, индейцы методично разрушали дом за домом, и, наверное, немногие из жителей прожили еще хоть один час.
Скелетов среди развалин Форт-Лоренса Мэтью не заметил и был этому рад. Может быть, индейцы вынесли трупы, а возможно, позже сюда пришли другие голландцы, чтобы забрать тела своих соплеменников. Место тем не менее было зловещее, и воображение с готовностью ворошило кучи холодного пепла, чтобы увидеть там тлеющих призраков.
Одно было хорошо во всей этой картине: моросящий дождь стал мельче, хотя над ними все так же низко нависало свинцовое небо. С запада повеял не по-осеннему студеный ветерок.
Грейтхаус и Мэтью шли за Моргом к центру разрушенного форта. Мэтью отпрянул, едва не наступив на голову маленькой глиняной куклы, чьи покрашенные в синий цвет глаза внимательно смотрели на него из сорняков, а туловище было растоптано в прах.