Он свернулся под водой калачиком, стал стягивать чертов балласт с одной ноги, а освободив ее, всплыл на поверхность, чтобы отдышаться. Потом повторил это тяжкое испытание. У него мелькнула мысль, что к тому времени, когда все это закончится, может быть, лучше было бы остаться в сапогах.
Голова Грейтхауса все еще была над водой, руки раскинуты в стороны, пальцами он старался ухватиться за малейший выступ в каменных стенах. Глаза его были закрыты, дышал он прерывисто.
Мэтью снова изучающе посмотрел вверх. Господи, как далеко! Если что-то предпринимать, то нужно поторопиться: силы, сама его жизненная энергия, воля к существованию уходили из него, как шатающаяся больная лошадь.
Неожиданно Грейтхаус сорвался с уступа, на который опирался, и вода сомкнулась над его макушкой. Мэтью сразу же схватил его за сюртук и стал вытаскивать. На этот раз партнер помогал ему, брыкаясь, барахтаясь, молотя руками и царапая стены, дабы хоть за что-нибудь уцепиться. Наконец Грейтхаус затих, ухватившись за края двух едва выступавших камней, где мог бы удержаться разве что червяк.
Мэтью еще раз оглядел колодец и прикинул расстояние до верха. Он вспомнил о лопате. Она сейчас на дне. Далеко ли до него и можно ли ее достать?
— Я — вниз, — сказал Мэтью и добавил: — Так нужно. Держитесь за стенку.
Грейтхаус не ответил. Его трясло — не то от усилий, не то от холода, не то от того и другого. Мэтью сделал вдох, потом выдохнул, чтобы быстрее погрузиться на дно. Ногами вперед он ушел под воду, сложил ладони ковшиком и погреб вниз. Глаза можно было вообще не открывать: так было черно. Он ощупывал пространство вокруг себя, слева и справа, двигая также ногами, и уходил все глубже. Вдруг его обтянутые чулками ступни коснулись каких-то камней. Он стал лихорадочно искать: легкие судорожно требовали воздуха. Он боялся, что не сможет всплыть и что у него не хватит сил повторить спуск на дно.
Левый локоть на что-то наткнулся. Повернувшись в ту сторону, Мэтью нащупал стенку, пробежал по ней пальцами и нашел лопату — она упала железной кромкой вниз и стояла, будто ожидая, когда ее возьмет могильщик. Но Мэтью надеялся, что сейчас она как раз поможет отсрочить их похороны.
Он схватил лопату, оттолкнулся от дна и стал быстро подниматься к поверхности.
Вынырнув и ловя ртом воздух, он стряхнул с лица воду и увидел, что Грейтхаус висит уже только на одной руке. В этом отчаянном положении чувства и мыслительные способности Мэтью обострились — можно сказать, оголились, — и он точно знал, что сейчас нужно найти. В нескольких дюймах над уровнем воды он заметил между камнями подходящую расщелину и, занеся лопату над головой, воткнул ее железной кромкой в это узкое пространство.