По сторонам буйно рос подлесок, деревья были толстые, как винные бочки, а высоко над головой пламенеющим балдахином сходились их ветви и листья.
— Вот же она! — воскликнул Морг. — Туда, джентльмены. Вон та тропа к вашему… Сэр! Вы не повернули!
Грейтхаус, чуть ссутулившись, сидел на козлах, а упряжка продолжала двигаться вперед.
— Сэр, там одними только деньгами больше пятидесяти фунтов! Прибавьте к этому драгоценности и все остальное — вы же оба богачами станете! Вы не понимаете, что я вам предлагаю? — (Но повозка продолжала катиться дальше.) — Клянусь, я уеду из страны! Что еще вам нужно? Чтобы я погнил за решеткой, прежде чем меня вздернут за то, что я разных гадов убивал? Вы думаете, те, кто послал вас сюда, отказались бы от моего предложения? Думаете, им есть дело до чего-то, кроме самих себя? — Он хрипло и глухо усмехнулся. — Ну тогда поезжайте дальше! Катитесь себе мимо, и будьте вы за это прокляты! Только знайте: вы могли разбогатеть, но по глупости прошляпили свою награду!
Мэтью отвел взгляд от напрягшегося лица Морга, которое во время этой филиппики стало покрываться красными пятнами.
Колеса повозки прокрутились еще три раза.
А потом Мэтью услышал, как Грейтхаус приказывает лошадям:
Можно было подумать, что в горле у Грейтхауса застрял камень. Он мягко набрал вожжи на себя. Лошади остановились.
— Что вы делаете? — резко спросил Мэтью.
Грейтхаус поставил повозку на тормоз.
Он отложил вожжи, слез на дорогу и пошел в лес.
Морг снова сидел, смежив глаза и запрокинув голову. Он молчал и не шевелил ни единым мускулом. Видимо, копит силы для следующей попытки, предположил Мэтью.
Прошла минута или больше. Мэтью посмотрел в сторону леса, куда удалился Грейтхаус, но за чащей его не было видно. Одна из лошадей недовольно заржала и переступила с ноги на ногу, как будто ей было неловко просто стоять и ждать, а потом принялась щипать сорную траву, чем уже и занималась ее товарка.
Прошла, может быть, еще минута, прежде чем появился Грейтхаус. Он медленно шел сквозь кустарник, глядя в землю и отшвыривая ногами камни и желуди.
— Мэтью, — сказал он, не поднимая глаз, — подойди, пожалуйста, сюда.
— Он никуда не убежит.
Мэтью внимательно оглядел Морга — тот так и застыл в неподвижной позе.
— Мэтью, — произнес арестант. Глаза у него были закрыты, чтобы не слепило солнце, от которого его борода пылала, как огонь в камине. — Какое хорошее имя. Ступайте же, а я пока отдохну.
Не выпуская из руки пистолета, Мэтью слез с повозки.