В дремоте былой, раздается тревожный звонок. Я с невольным вздохом отмахиваюсь: так начинается новая история о Мистере Смерти и его колдовской подруге — ведьме, где каждое слово таит в себе мрачную улыбку и непредсказуемость.
Причем именно так, то есть отправитель настоял на такой постановке фразы. Безграмотно, но зато предельно ясно, от кого прибыл подарок.
Я еще раз перечитала послание. Перевернула открытку, полюбовалась на толстую пушистую пчелу, и у меня вырвался смешок. Затем другой, а потом я упала на табуретку и словно школьница, которая получила первую в жизни любовную записку, начала хихикать. Ну, Мортем. Затейник…
И когда успел-то заказ через Интернет оформить?
Вот такую веселящуюся, меня и застал на кухне Вася.
— А чего мороженое в тепле стоит? — спросил он.
— Ой! — Я вскочила и смущенно положила открытку на стол. — Вась, разрезай все на порции, я сейчас позову остальных. Нас мистер Смерть угощает вкусняшками.
— Угу, угощает, — в бороду усмехнулся домовой. — А цветы — это на закуску Белле и Евграфию, наверное. А то им свежего сена не хватает.
— Что? — не поняла я сначала, а потом фыркнула. — Вась, ну чего ты?..
— Да иди уж, пчёлка, — подтрунивая, махнул он рукой. — Сейчас все сделаю и поставлю букет в воду.
"Я тихо подошла к двери в гостиную и заглянула в комнату. Некромант полусидел, откинувшись на подушки, и гладил Еньку. Белла ходила взад-вперед по постели на задних лапках, заложив передние за спинку, и по памяти рассказывала очередную сказку. В этот раз про Емелю и щуку.
— А кто сейчас будет есть торт-мороженое? — зашла я в комнату. — Тот немедленно бежит на кухню.
— Я! — Белка слетела с дивана и помчалась вперед.
— Я!!! — Енька рванул следом.
— И я… — попытался сесть Мортем.
— А у некоторых постельный режим, — прикусив губу, чтобы не рассмеяться, произнесла я и строго свела брови.
— А мороженое?! — искренне возмутился этот страшный маг смерти и посмотрел на меня обиженно. — Я тоже хочу на кухню.
Представляю его возмущение. Это же он заказал вкусноту, а злая ведьма его из постели не выпускает.
— Ничего не знаю, — покачала я головой, подошла к дивану и заботливо поправила простыню, прикрывающую нижнюю половину тела больного.
А сама стараюсь не сорваться на смех, до того у Теодора выражение лица забавное.
— И спасибо за цветы, — бросила я на него взгляд из-под ресниц. — Правда, хочется верить, что я не такая толстая и мохнатая.
— Как кто? — тут же потерял он мысль.
— Как пчела на открытке. — Я все-таки не выдержала и улыбнулась. — Красивый букет, мне понравился.
