В дремоте былой, раздается тревожный звонок. Я с невольным вздохом отмахиваюсь: так начинается новая история о Мистере Смерти и его колдовской подруге — ведьме, где каждое слово таит в себе мрачную улыбку и непредсказуемость.
Вдруг что-то важное? Пока еще Теодор пробьется через преграду и спасет меня окончательно…
Перевела я взгляд, увидела… и у меня челюсть отвисла.
На алтаре лежала… я. Точнее, мое тело, одетое в роскошное свадебное голубое платье, и с ритуальным кинжалом в груди. Глаза закрыты, волосы разметались, лицо бледное, ни кровиночки, шею и запястья охватывают металлические кандалы. И оно (тело) не дышит.
Мама дорогая!
Я что, призрак?! От столь жуткого потрясения я даже спрыгнула со смертельного ложа и отшатнулась.
Перепелкин на мое движение не отреагировал, он по-прежнему пытался вытянуть эманации смерти из своей финальной жертвы. Даже приложил пальцы к шее прикованной бледной до синевы девушки (вот как-то плохо получалось у меня осознать себя одновременно стоящей живой и лежащей мертвой), отыскивая биение пульса, если он есть, а потом тряхнул головой в непонимании. Я сделала вывод, что таки да, пульса нет, но и сила моя к безумному магу не устремилась.
Мое бестелесное присутствие рядом Андрей игнорировал, а вот Мортем вдруг закричал:
— Арина! Лежать!
Да я и так как бы лежу.
— Арина, я сказал — лежать! — яростно рыкнул Теодор.
Возмущенно уставившись на него, я уперла руки в боки, хотя хотелось покрутить пальцем у виска. Родную покойную жену на алтарь гонит?!
Ой.
Точно, видит… Даже отвлекся от своих боевых атакующих заклинаний и ткнул пальцем в сторону алтаря, чтобы я забралась обратно.
— Ты почему так долго? — обрадованно и одновременно негодующе вопросила я. Только вот изо рта у меня не вырвалось ни звука.
Хм. То есть меня можно узреть, но не услышать? Ничего не понимаю.
— Немедленно назад, Арина! Ляг и не шевелись!"
"Да ладно, ладно. Чего так кричать? Вообще-то меня убили, и я испытываю психологический шок, стадию первую — отрицание. А будете на меня орать, наступит стадия вторая — агрессия.
