В дремоте былой, раздается тревожный звонок. Я с невольным вздохом отмахиваюсь: так начинается новая история о Мистере Смерти и его колдовской подруге — ведьме, где каждое слово таит в себе мрачную улыбку и непредсказуемость.
— Да нет же! По-ла-скун, от слова «ласка», — возмущенно исправил его наконец-то добравшийся до жертвы хвостатик. — Обнимашки?
На Теодора Мортема даже смотреть смешно было. Похоже, он осознал, что попал в сущий дурдом, и тут все происходит совершенно ненормально, и непонятно, что случится через секунду… Но, кажется, он с этим смирился, потому что даже не вздрогнул, когда енот подобрался вплотную, обнял его обеими лапками и замер.
— Мисс Стрельцова, а медведь где? — спросила меня жертва четверолапого любителя «обнимашек», обреченно поглаживая его.
— Какой медведь? — растерялась я.
— С балалайкой, разумеется.
— Ах, этот. Уехал Михаил Михайлович. Вышел из запоя и уехал пчёл разводить.
Кажется, ответила я не в тему, потому что Мортем прикрыл лицо свободной ладонью и не то всхлипнул, не то вздохнул. Похоже, про медведя с балалайкой — это были сарказм и ирония, но я же не виновата, что мой коллега оборотень и правда уехал восстанавливать пошатнувшееся здоровье. И балалайку забрал.
— Вам, кстати, сэр, фамильяр не нужен? Вот этот хвостатый потаскун совершенно свободен и очень нуждается в хозяине.
— Арина! Я по-ла-скун!
— Мисс, я не сэр, говорил ведь уже. И нет, фамильяр мне не нужен. Я некромант, если вы забыли.
— И что? — подняла я брови. — Проходите в кухню. У нас, русских, всё самое задушевное происходит именно там.
Не оглядываясь, я покинула гостиную. Воспользовавшись заминкой, сначала проскользнула в ванную.
Вид в зеркале… Ну… Лучше сейчас не смотреть на себя, так для психики спокойнее.
Да-да, я сама себе очень нравлюсь и ничуть этого не стыжусь. У меня все отлично и с внешностью, и с фигурой, и с ногами, и с бюстом."
"Я тщательно умылась, почистила зубы, причесалась, морщась и дергая спутанные пряди, после чего собрала волосы в аккуратный хвост. А то как-то даже неудобно.
