Автор
Женщина переживает измену мужа, что приводит к странным событиям и новой любви. Немоляйкина пытается разобраться в происходящем, пытаясь спасти от гибели или отпустить прошлое. Между страхом и надеждой разворачивается напряженная мистика.
Поезд подходил к перрону. Мы с Ирой быстро сориентировались, где остановится шестой вагон и потихоньку двинулись туда. Народ прибывал, потоком выливаясь из вагонов и смешиваясь со встречающими. Ирка побелела и тряслась, а я тянула шею, высматривая в толпе брата с обещанными подарками в руках. И увидела…
Вначале я просто не поняла.. этого не могло быть в принципе. Но оно было - я увидела Ваню. Смотрела и действительно видела его лицо, одежду - черную… Смотрела, все шире открывая глаза, и в священном ужасе вглядываясь в лицо приближающегося ко мне мужчины, и что я чувствовала? Самый настоящий страх, мистический ужас, которого не было даже тогда – в далеком селе, посреди кромешной тьмы, возле потустороннего, по ощущениям, танка! Ваня здесь, среди современной толпы?! Я потрясенно смотрела на это – он приближался и даже уже видел меня.
Я не отрывала от него не верящего взгляда, не видя больше ничего вокруг себя. И он смотрел – пристально и серьезно, очень внимательно смотрел, изучая и… узнавая?
Вот он уже рядом со мной – остановился и смотрит… Я делаю шаг к нему, не чувствуя собственного тела – в ушах звенит, во рту пересохло, я на грани обморока или смерти…
- Ваня…? – сухие губы шепчут сами, я совершенно не осознаю действительности, я там – с ним, на той стороне, куда ушел он – вместе.
- Да…? Так... - слышу тихий ответ, и меня бросает к нему! Не дослушав - это уже неважно, я падаю к нему на грудь, толкнув, наверное, потому что он немного пятится, но я висну на нем, покрывая родное лицо поцелуями, дотягиваясь до щек, подбородка, губ… меня трясет и колотит от того, что я сейчас переживаю – это небо! Я – на небе! Совсем не удивляет, что он ничего не говорит – а за эти мгновения можно было сказать многое. Мне совершенно по фигу, что он стоит истуканом - я понимаю, что он тоже в шоке. А почему в шоке? Трезвая мысль пытается выбраться из глубин мозга и благополучно тонет в ощущениях – я издаю протяжный стон и почти теряю сознание… потому что Ваня отвечает мне, наконец - подхватывает под спину и за шею и впивается в мои губы своим особенным, фирменным поцелуем – собственнически, жадно, больно… блин! Опять замазывать синяки - проплывает в голове, кружащейся от счастья.
… Счастье внезапно обрывается… Это сродни холодному душу и я цепенею, пытаясь поймать за хвост реальность - Ваня никогда не пихал мне в рот свой язык.
