Автор
В Мятежники — мир Пиррии, где семь драконьих народов теснятся вокруг трилунной ночи. Это узникам, вынужденным жить в постоянном страхе, и коварным политическим деятелям, мечтающим о власти. Наступает великая война, и мир раздирают противоборствующие фракции — отчаянные битвы на вулканах и драконьих носиках сражаются за право существовать....
Шестипалый оттолкнулся от башни и, пролетев над дворцом, направился в пустыню, изо всех сил работая крыльями.
Хорошо, что он был силён и быстр. К тому времени, как он догнал принцессу Пламень, ветер уже яростно обвевал их, швыряя в глаза колючий песок. Но она упрямо продвигалась вперёд: не летела, а шла, сложив крылья, опустив голову и закрыв глаза.
Шестипалый приземлился перед принцессой и расправил крылья, на мгновение защитив её от бури. Она отёрла с щёк песок и взглянула на Шестипалого, удивлённо моргая.
– Куда ты идёшь? – спросил тот.
– За своей любимой короной, – уверенно ответила Пламень. – И не пытайся меня остановить, верзила!
Шестипалый склонил голову.
– За какой ещё короной?
– За той, что Агава украла и спрятала где-то здесь, если верить Верблюду, которому это сказал Пал, а они лучшие друзья, так что это чистая правда, и я хочу вернуть её, ведь она МОЯ, мамочка подарила её мне. – С этими словами Пламень вдруг уселась и задрала подбородок. – Если только ты не принесёшь мне её. О-о, отличная идея!
– Нельзя, – ответил Шестипалый.
– НЕТ! – крикнула Пламень. – Я хочу забрать своё.
Принцесса попробовала протиснуться мимо Шестипалого, но ветер тут же подхватил её крылья и отбросил Пламень назад, на песок.
– Ай! – вскрикнула она, пытаясь сесть. – Это больно! Что-то сделало мне больно!
Шестипалый обернулся. Огромная стена облаков пыли, простиравшаяся от песка до самого неба, быстро надвигалась и вот-вот могла обрушиться на них.
– Нам надо уходить! – закричал Шетипалый, хватая принцессу, прижимая её крылья к бокам и взмывая в воздух.
– Моя коро-о-о-о-о-о-о-о-о-о-она! – вопила Пламень. Она уткнулась ему в плечо и прорыдала всю дорогу до дворца.
Принцесса была тяжелее, чем казалось, но теперь ветер помогал им, гнал перед самым ураганом. Подлетев ближе, Шестипалый заметил, как одна за другой захлопываются двери, закрываются окна во всём дворце.
«Подождите, – повторял в отчаянии Шестипалый. – Подождите нас. Мы близко».
И вот наконец, когда силы его были уже на исходе, а облако пыли, казалось, ещё чуть-чуть – и повиснет у него на хвосте, он увидел на одной из стен открытый ставень. Из окна высовывался Бархан, размахивая белой тряпкой и тем самым привлекая его внимание.
