В Мэйфейрских ведьмах древнее латыньское шифрование сохраняет секреты посланий и записей, защищая их от неумелых рук. Насладитесь тонким дымком загадочной атмосферы, где язык становится непробиваемой стеной между прошлым и настоящим.
Может, вместо нее имеется только колодец с замшелым ведром или волшебный источник.
— Ладно, тогда поищем вместе, — с тихим смешком откликнулся Майкл.
Через расположенную в дальнем конце столовой дверь они попали в буфетную с небольшой раковиной и высокими застекленными шкафами, забитыми фарфором Майкл внимательно осмотрелся и даже пощупал стены, как будто измеряя их толщину.
— Туда, — сказал он, направляясь к двери, противоположной той, в которую они вошли. Роуан последовала за ним.
Майкл нажал на почерневшую от времени кнопку в стене, и под потолком тускло вспыхнула покрытая слоем пыли лампочка. В неярком свете они увидели длинное, расположенное на двух уровнях помещение. Верхняя его часть представляла собой стерильно чистую кухню, а нижняя, с камином, служила, судя по всему, небольшой столовой, где обитатели особняка могли позавтракать.
Одну из стен почти полностью занимал ряд застекленных дверей, выходивших в заросший зеленью внутренний двор. С улицы доносилось громкое и отчетливое кваканье лягушек. Северный угол двора полностью загораживало от взгляда огромное дерево, черные очертания которого проступали даже на фоне темноты.
В целом все здесь выглядело очень элегантно, удивительно старомодно и в то же время эффектно.
В противоположную стену был встроен большой холодильник. Его массивная дверь по своим размерам не уступала дверям в морозильные складские камеры крупных ресторанов.
— Только не говори мне, что и там лежит чье-нибудь мертвое тело, — усталым голосом попросила Роуан. — Я не желаю об этом знать.
— Нет-нет, не беспокойся, только продукты, — улыбнулся Майкл, — И холодная вода. — Он извлек на свет чистую бутылку с прозрачной жидкостью. — Позволь тебе напомнить, что ты на юге. А его обитатели всегда держат в холодильниках бутылочку-другую.
Заглянув в угловой шкафчик над раковиной, он достал оттуда два стакана и поставил их на безукоризненно чистый кухонный стол.
Роуан с наслаждением пила ледяную воду. И вновь ей вспомнилась старуха. Да, это был ее дом, это был ее стакан… Тот, из которого она пила… Охваченная внезапным отвращением, Роуан поставила стакан в стальную раковину.
Да, действительно, все здесь как в ресторане. Кто-то еще давным-давно обставил и оборудовал эти помещения в соответствии с модой тех лет, убрав из них все предметы викторианской эпохи, столь популярные сейчас у жителей Сан-Франциско.
