Наверняка подобное казалось ему просто невозможным, и не могло обойтись без какой-нибудь лжи. А вот какой была эта ложь — уже совсем другой вопрос. Всё-таки есть разница, если бы я просто до последнего скрывал свои силы, или же использовал какой-то нечестный приём. Например, взял и пронёс скрытый артефакт, который помог мне победить в критичный момент.
Да, такое рано или поздно вскрылось бы и окончательно угробило мой авторитет, но сказать, что «старый» Евгений не пошёл бы на такой шаг, никто не мог. Наоборот, это как раз могло быть в его духе.
— Мы можем это обсудить наедине. Потом, — я решил, что лучше предупредить неправильное течение внутренних рассуждений и обговорить это до того, как он себе что-то навыдумывает, да и подобные метания ни к чему моему слуге.
— Буду благодарен, — слегка кивнул он и молча развернувшись, стал вести меня к казарме.
Путь был недолгим, и мы по большей части болтали о маловажных вещах. Например что подъём в шесть утра, что завтрак в восемь, обед будет зависеть от того, какие будут у нас тренировки, а ужин всегда ровно в девять. Что бывают учебные тревоги, что в определённые дни кто-то не спит и стоит на карауле… Одним словом, он описывал бытовую армейскую жизнь.
Также я узнал, что пусть в поместье у нас числится больше пяти десятков бойцов, но по факту на тренировках задействовано куда меньше людей. Всё это было продумано ещё до моего появления в этом месте, так что вмешиваться в устоявшиеся порядки я даже не собирался, да и ни к чему это было.
Взять ту же охрану — чтобы оборонять поместье, требовалось как минимум двенадцать человек активного состава.
Чтобы двое стояли на главном входе, один в столовой, один на складе, один в казарме и последний обходил поместье и осматривал все помещения. Всего шесть. Ещё шестерых, чтобы они могли менять их каждые четыре часа. Там ещё увольнительные и отпускные, плюс те, кто попадает в кабинет к Георгию Иннокентьевичу…
И это я ещё не беру в расчёт тех, кого снимали с тренировок для моего сопровождения. Правда, сейчас я, по сути, заперся на своей земле и никуда не выхожу. Так что все они всё равно будут участвовать в ознакомлении меня с их военной жизнью.
Причём интересным моментом было то, что никто не удивился моему желанию почувствовать жизнь обычного бойца. Похоже, всем проще было не задавать вопросы и просто исполнить мою просьбу.
Неужели аристократы в этом мире настолько ужасны, что даже их слуги не слишком-то хотят во всё это влезать? Или это из-за поведения Евгения?
Очень странно, лично на мой взгляд. Если брать в пример мой мир, где те же главы кланов вполне могли сойти за аристократию, то все они очень хорошо относились к своим подчинённым.