Всё же Анна, несмотря на свои небольшие габариты, умеет внушать.
— Молодой господин, вы простите Тимофея. Он иногда не знает, когда стоит закончить бой. Даже если вы этого очень хотите, — раскланиваясь, и уже спокойным голосом сказала Анна и вручила Евгению полотенце. — Вам стоит сходить к Соколову. Пусть проверит ваши раны.
— К Соколову уже мне не помешает сходить, — протянул Тимофей, лежа на полу, но благоразумно даже не пытаясь сейчас подняться.
— Аня, давай без подобного самоуправства, — вздохнув, ответил Евгений. — Здесь его вины нет.
— Молодой господин, при всём к вам уважении, но я была обязана проявить инициативу и слегка образумить старшего в нашем отряде. Иначе как знать, к чему могли привести его действия в дальнейшем, — спокойно ответила Анна, даже не собираясь раскаиваться за свои действия.
— Если наставник не предпринял ничего, значит, всё было в порядке, — парировал на это Евгений.
— Сейчас, может, и в порядке, но в дальнейшем он бы стал позволять себе больше, — продолжила настаивать своем девушка.
— Этого нельзя сказать наверняка…
Слушая небольшую перепалку между Аней и молодым господином, Тимофей, лёжа на татами, невольно заулыбался. Уж очень забавно она выглядела со стороны.
Правда, ему пришлось моментально пожалеть из-за случившегося очередного приступа боли. Внезапно приятной боли.
Он сам того не заметил, как в нём снова разгорался тот самый огонь в сердце. Будто оно всё это время не стучало, но сейчас забилось с новой силой. Еще пока рано говорить наверняка, но возможно, весь его путь был не напрасным, и всё, что он испытывал, лишь подготавливало его к будущему. К будущему, которое теперь выглядит совсем иначе.
В столице Российской Империи находилось относительно небольшое личное загородное поместье, принадлежащее безраздельно лишь одному человеку. Но примечательным было не это, а то, что на его территории, в одной из комнат, в роскошном винтажном бархатном кресле, за не менее дорогим и роскошным столом сидела необычайной красоты девушка, которая прекрасно знала, какое впечатление она производит на других. В данный момент она медленно потягивала вино из бокала и делала это с таким неповторимым изяществом, что на это можно было смотреть вечно.
Говоря про необычную красоту — девушка и вправду приковывала взгляд. Восточная внешность, нехарактерная для Европы. Насыщенные фиолетовые глаза с узким разрезом, слегка бледноватая кожа, великолепная фигура…
В свои восемнадцать лет она вполне могла влюбить в себя практически любого мужчину, если, конечно, этого захотела бы. Однако даже первее, чем её красота, в глаза бросалась исходящие от неё ум и власть.