— Всё, — наконец заявил мне глав-доктор, — исследование закончено, можешь одеваться.
— И чего вы там наиследовали, если не секрет? — спросил я, натягивая рубашку.
— Вообще-то секрет, но тебе скажу, так и быть — ни-че-го, — зачем-то по слогам произнес он. — Никаких отклонений у тебя согласно медицине нет.
— Это прискорбно, — вспомнил я охранника из комедийного сериала, — ну может в 4 управлении что-то найдут.
— Может, найдут, только я в этом сомневаюсь, — пробормотал Горлумд, перекладывая рентгеновские снимки с места на место, — в столовую-то пойдешь?
— Наверно нет, Генрих Готлибович, — мотнул головой я, — уж больно место у вас тут стремное, не располагает к приему пищи.
— Хозяин-барин — тогда ты свободен, — объявил он, а я вместо того, чтобы спокойно удалиться, зачем-то брякнул напоследок:"
"— У вас язва желудка, товарищ Горлумд, рядом с поджелудочной железой… не сказать, чтобы прямо огромная, но лучше бы принять меры заранее — случайно увидел своим телевизором, когда вы рядом стояли.
— Спасибо, я знаю, — устало отвечал он, но тут же задал новый вопрос, — какие размеры язвы-то?
— Длина где-то 2 сантиметра, ширина небольшая.
Может, и сама заживет, конечно, такие случаи бывали.
— Спасибо, Петя, — вяло улыбнулся он, — я этого не забуду… а ещё чего-нибудь ты у меня этим телевизором увидел?
— Остальное все в пределах нормы, — успокоил его я, — простатит разве что тоже пора полечить.
А вечером я забрал у игроков на антресолях свой первый экземпляр гейм-пада, не сломался ведь, значит надежная вещь.
Прихватил второй пластиковый вместе с опытной моделью радиотелефона (ее еще надо бы в божеский вид привести… ладно, вечером займусь, все равно же делать нечего, квартира пустая) и договорился с большими людьми из Москвы… да, с Антон-Палычем и Львом-Николаичем… насчет завтрашнего консилиума у Алевтины. И было утро, и был вечер, день прошел достаточно удачно, я живой и относительно здоровый, за что огромное мерси небесному провидению.
А утром ранним я даже зарядку успел сделать, сочетающую в себе элементы советского физкультурного комплекса с 24-ю формами тай-цзы, одобренными лично товарищем Мао.
Хорошо тонизирует это дело. А затем в дверь звонок раздался — это москвичи за мной прибыли.
— Чай-кофе-какао? — предложил я им, но они сурово отказались, и мы через десять минут оказались в квартире Бессмертновых, Александр-Сергеича и Алевтины-Степановны.
— Ну-с, — сказал я, зайдя в комнату к Алевтине, — снимайте бурнус. В смысле одеяло в сторону.