Автор
В 1982 году, осенняя ночью в Индии, молодой инженер-менеджер рассказывает о том, как его компания сбежала с работы после скрытого химического аварийного пуска. Он приходит к выводу, что это могло быть попыткой избежать ответственности за будущее отравление Бхопала, известное сегодня как одно из крупнейших масштабных инцидентов в истории человечества....
Я потому легко их на слух различаю… Ну, конечно, Иван Козловский… 'О-о-о, чаша моих прэ-э-эдков… О-о-о, дай мне наглядеться на тебя при свете зве-о-о-озд ночных…» Ну, конечно, Иван Козловский… «О-о-о, для чего тобой я околдо-о-ован… Не отверга-а-ай…»
С заменой «зве-оо-зд ночных» на «таееет в моооре диск луууны». Но запоминается, этого не отнимешь.
— Ну, значит, мы договорились? — с надеждой в голосе спросил Наумыч, дождавшись окончания песьих модуляций Серова.
— Значит, договорились, — сказал я, промокая губы салфеткой, — как у вас дела-то в столице?
— Спасибо, что поинтересовался, — улыбнулся он, — дела не то, чтобы шикарные, но потихоньку двигаются.
— Так я сейчас числюсь совсем по другому ведомству, — ответил я без излишних подробностей. — Поэтому и не бываю в поликлинике… эх, жаль, не увидел ни одного космонавта — они же там на регулярной основе появляются, да?
— Да, вчера, например, я встретил в коридоре Леонова, а на днях Кубасов мимо проходил, — мы уже расплатились (точнее Наумыч расплатился, а я и не возражал — платит инициатор встречи) и вышли на вечерний Арбат… то есть на Калининский проспект.
— Вот в том доме, кажется, снимали сцену из «Ивана Васильевича», — показал я на ближайшую к нам раскрытую книжку, — где царь восторгается с балкона Москвой.
— Да, похоже, — рассеянно подтвердил Наумыч, — красота-то какая, сказал он, лепота…
— А Шпак с Ульяной Андреевной ему помешали любоваться столицей, — продолжил я.
Глава 21
Буриданов осел
Буриданов осел
А я вернулся на метро в свою квартиру и сильно задумался насчет всего этого наумычева предложения… с одной стороны это все чудесно и прибыльно, но если с другой стороны зайти — а не проверка ли это меня на вшивость со стороны наших органов, любимых до слез. И при встрече с фирмачом (не факт, кстати, что там не подставное лицо будет вместо реального) меня сначала заснимут на видео, а потом возьмут за ушко и вытащат на солнышко.
Все эти горестные раздумья прервались очередным звонком на городской телефон.
