Автор
Младший сын мэра переносит читателей в мир непростых взаимоотношений в высокопоставленной семье. Здесь каждый жест и слово имеют вес, а секреты скрываются под прикрытием формальных собраний и официальных дружеских встреч. Уникальная перспектива молодого главы города становится предметом зависти и внимания в кругах знакомых и чужих, создавая вокруг него мрачную атмосферу близкого соперничества и жестокой борьбы за первенство....
Потом также здоровается с Кариной. Та, удерживая ее за руку, что-то шепчет на ухо. Сестра Кира еле заметно хмурится и бросает на меня быстрый взгляд.
А потом все свое внимание переключает на Ромку. Усаживается на пол и включается в их игру. Внимательно слушая лепет моего сына, незаметно показывает мне два больших пальца.
Кирилл, стоя за моей спиной, снова легко меня касается. Специально? Задело мое «личное пространство»? Сделав шаг вперед, намеренно от него отдаляюсь.
Еще через час приезжает Герман Дмитриевич.
Я смотрю со стороны на этих трех мужчин и поражаюсь, насколько они все друг на друга похожи. Вот это генетика! Они словно и не люди вовсе. Представители высшей расы.
Куда я лезу? Что забыла я среди этих высоких, статных красивых людей? Мне никогда в жизни не стать такой, как они.
С достоинством поздоровавшись с сыновьями, он, вдруг мягко улыбнувшись, обнимает и целует жену, а затем переводит взгляд на меня.
Я по ощущениям уменьшаюсь в размере раза в три.
— Здравствуйте, Герман Дмитриевич.
— Настя, — смотрит на меня сверху вниз, — удивила…
От страха язык во рту немеет. Я даже «простите» вымолвить не могу.
— Отец, — подает голос Кирилл и делает шаг в мою сторону.
Уголок губ Греховцева — старшего еле заметно дергается, а потом он поворачивает голову и смотрит на играющего на полу Ромку. Тот, словно почувствовав, вскидывает на него взгляд и замирает.
Испугался маленький!
— Мама…
Кир оказывает быстрее. Подхватив его на руки, подходит ко мне и разворачивается к отцу.
— Здравствуй, Рома, — улыбается его дед.
— Пивет… — лепечет сын.
Герман Дмитриевич негромко смеется. Впервые на моей памяти. Это настолько невероятно, что я невольно копирую его смех. Кирилл тоже улыбается, но смотрит при этом на Ромку.
А я в этот момент напарываюсь на острый, как лезвие, взгляд Карины.
Глава 29
Кирилл.
Все прошло неплохо. Настя тряслась как заяц из-за отца, но он, познакомившись с моим сыном, тут же поплыл.
— С усыновлением не тяни, — проговаривает тихо Саня, останавливаясь за моим плечом.
— Процесс запущен, — буркаю я и добавляю, — помощь твоя потребуется, обращусь."
"— Обратится он… расп*здяй…
Брат злится на меня едва ли не больше, чем отец. Он Ромку почти с пеленок знает. Тот его напару с Никитосом папой пару раз назвал. Не простит мне теперь этого.
