Автор
В жаркое майское небо над городом висела густая пелена смога и жары, а под самим небом полыхали ослепительные драконьи глаза Солнца. Млечный Путь рябьми бегал по ночному небосводу, будто смотрел на мир через зрачок огромного копытного глаза, когда-то принадлежавшего к тому миру, о котором люди в своей природе всегда грезили....
– И тем не менее, – заметил Родион.
– Записывайте, – вздохнул Эдуард и продиктовал адрес фирмы.
– И вот еще что. У вас нет при себе фотографии Вячеслава? – спросила я.
Россошанский наморщил лоб, потом перевел взгляд на Перетурина. Тот развел руками и вздохнул.
«Эх вы… А еще адвокат называется! – пожурила я про себя Перетурина. – Можно было предусмотреть такой важный и очевидный момент!»
– Но, я думаю, это не страшно, – заявил Родион Евгеньевич. – Фотографию можно взять у меня дома в любое время или у Ксении…
– Постойте, – вдруг поднял палец Россошанский.
Он снял телефонную трубку и произнес в нее:
– Люда, зайди ко мне, пожалуйста. Сейчас придет наша сотрудница, Людмила Омельченко, – обратился он уже ко мне и Родиону. – У нее должна быть пленка. Она снимала кое-какие эпизоды на камеру. Фотографии вы все равно получите, а вот посмотреть на человека, что называется вживую, все же лучше…
– Согласна, – кивнула я. – Но фотографии вы, Родион Евгеньевич, мне все же привезите.
– Хорошо, я непременно захвачу, – заверил меня Перетурин.
– А эта Людмила Омельченко, она тоже врач? – спросила я у директора клиники.
– Нет, она… Скажем так, типа секретаря. Решает некоторые технические вопросы.
– И она Вячеслава знает хорошо?
– Ну… достаточно хорошо, – пожал плечами Россошанский.
Тут в кабинет заглянула девушка и с улыбкой спросила:
– Можно?
– Да, Люда, проходи, – жестом позвал ее Эдуард. – Тут вот к нам люди пришли, насчет этой истории с Вячеславом… То есть, возможно, никакой истории и нет, но им нужна пленка с нашей последней корпоративки. Ты как-то показывала.
– Да, – кивнула Людмила и добавила, посмотрев на меня и Перетурина: – Только она у меня дома. Если хотите, я могу принести ее завтра…"
"«Можно и завтра, – подумала я.
