Тем более что на пути им попался внедорожник, с которым Бобыль справился на раз-два…
К дому он ехал с выключенными фарами, загнал машину во двор, затем и в сарай. Ему бы успокоиться, но его потянуло на кладбище. Общение с покойниками его не интересовало, ему нужно было руками и ногами прощупать запасной путь к отступлению, в обход основного проселка.
Он прикинул, как машина будет выезжать из сарая, как по жесткой дернистой земле заброшенного огорода доберется до дальнего забора, который, кстати сказать, был достаточно прочным. Дальше – соседство не из приятных: старая часть кладбища. Забор они с Бобылем подпилят, чтобы джип легко мог снести его.
Кладбище вплотную подступало к дому, и за одним забором сразу же начинался другой – чуть более высокий, но менее устойчивый. Даже подпиливать ничего не надо, машина запросто справится с ним. А что дальше?
В траве между могилами Артур обнаружил плохую, но все же пригодную для джипа дорогу. По ней он прошел через все кладбище до поваленных ворот. Дорога продолжалась и уходила в лес… Запасной путь найден, осталось только показать его Бобылю.
Артур презрительно усмехнулся. Сам он покойников совершенно не боялся и сейчас на кладбище чувствовал себя ничуть не хуже, чем в ночном лесу. Дискомфорт, но страха нет. И предательский холодок не бередит душу…
Он возвращался обратно, когда услышал шум за спиной. Обернувшись, в свете луны увидел смутный силуэт, скользнувший за дерево у могильного креста. Или человек это, или чья-то неупокоенная душа.
– Эй, кто там? – обеспокоенно спросил Артур.
Как ни крепился он, а в душе все-таки захолонуло. И потяжелевшие вдруг ноги отказались нести тело к дереву, за которым таилось нечто.
Никто не отозвался на его вопрос.
– Жмак, ты, что ли?.. Никитос?..
Это могли быть души его погибших дружков… Но вместо того, чтобы испугаться еще больше, Артур лишь рассмеялся. Какая чушь? Не может быть здесь ни того, ни другого… Правда, смех больше напоминал истерику, нежели веселье. И ноги сами понесли его к дому.
Изба утопала в ночи, и только через одну щель в ставне едва просачивался свет. А электричество, как оказалось, было включено в каждой комнате. Заделать одну-единственную щель, и светомаскировку можно считать идеальной…
Бобыль шуршал вовсю – в руках тряпка, полы мокрые.
– Давай, давай, наяривай…
Пыльный диван был накрыт покрывалом, перина, похоже, была выбита.
– И в сенях еще покрась, – сказал Артур и повалился на койку.
