Автор
В череде отчаянных движений и неожиданного удовольствия, Даниил погружается в интимную ловушку, где каждое прикосновение ожидает встречи с невероятным страстом. Музыка заглушает его разум, открывая гротескные игры и изысканные физические уколы в мире безценного отчуждения....
Купальные бикини всё ещё тёплые после неё… Смотрю на них и замечаю маленькое прозрачное пятнышко влаги посередине. Бляаадь!
По телу прокатывает острая волна возбуждения.
— Не смотри на них, извращенец!
— Сама такая!
Полина уже надела нижнее бельё и тут же вырвала купальник у меня из рук.
Выезжаю с парковки, слушая её напряжённое дыхание.
Атмосфера какая-то тяжёлая, надо бы разрядить обстановку. Банально просто отвлечься….
Подключаю айфон к аудиосистеме машины. Врубаю панк-рок, и жду, когда систер начнёт вопить, чтобы я выключил.
— Тебе тоже нравится «Ramones»?
— Ага! — беззаботно отвечает, глядя в окно. — Я пока была в Майями, всё время их слушала.
— Почему ты оттуда раньше вернулась?
И зачем я спрашиваю? Мне же неинтересно!
— С матерью поссорилась, — пожимает плечами.
Вспоминаю развратную мачеху и уже в очередной раз удивляюсь тому, как такое порочное существо могло вырастить такую милую, невинную и… ТАК! ПРОСТО СЕСТРУ!
Снова мотаю головой.
— Из-за чего поссорились? — говорю монотонно, стараясь не смотреть на неё.
— Да так… вообще это не твоё дело! — внезапно краснеет и огрызается.
Хмурюсь и молчу.
— Извини, — качает головой Полина. — Ты не виноват, что спросил… Просто я остро реагирую на всё, что связано с матерью…
— Да уж, — усмехаюсь.
— Почему? — Полина хмурится. — Она сделала или сказала что-то не то?
Да, малышка, вообще, до хуя всего «не того» творит твоя сумасшедшая мамаша. Но я тебе об этом говорить не собираюсь. Иначе вы снова с ней поссоритесь.
— Нет, — отвечаю с деланным равнодушием. — Просто заметил, что твоя мать довольно эксцентричная, не более того.
Полина оборачивается ко мне и несколько секунд молча вглядывается в моё лицо. Потом вздыхает и снова отворачивается к окну.
Мы уже подъезжаем к парковке колледжа, и я останавливаюсь.
— Приехали, Пончик.
— Эй! — она морщит свой милый носик. — Не называй меня так!
— Почему это?
— Меня только мама так называет.
— Ну… я же тоже родственник?
Оборачиваюсь к ней, и в этот момент мы оба чувствуем неприятное напряжение от этих слов. Твою ж мать! Чёрт меня за язык дёрнул сказать это!
Полина краснеет. и её щёки становятся яркими словно наливные яблочки.
