Автор
В череде отчаянных движений и неожиданного удовольствия, Даниил погружается в интимную ловушку, где каждое прикосновение ожидает встречи с невероятным страстом. Музыка заглушает его разум, открывая гротескные игры и изысканные физические уколы в мире безценного отчуждения....
— Тебе вовсе не нужно прятаться… Ты… — блин, как же это непросто! — Ты прости за то, что я тогда наговорила… Я не… — осекаюсь.
— Ты не считаешь меня извращенцем? — он приоткрывает один глаз и лукаво смотрит на меня. Говорит с вызовом, будто и сам согласен с этим утверждением.
— Я не… — окончательно смущаюсь, не зная, как реагировать. Прячу глаза и нервно приглаживаю волосы. — Я не то хотела сказать, просто…
— Да ладно, расслабься, мелкая, — он перестаёт буравить меня взглядом и переводит взгляд в потолок. — Я и сам всё прекрасно понимаю.
"Чувствую, как морозец пробирается за шиворот. Мне одновременно зябко и как-то жарко… Когда он рядом, тело словно с ума сходит.
— Нельзя, — качаю головой, медленно повторяя за ним. — Нам нельзя.
— Ага, — брат усмехается, а потом внезапно подмигивает мне. — Просто у меня никогда не было сестры. Наверное, дело в этом.
— Угу, — отвечаю гулко.
— Давай сделаем как все? — предлагает с усмешкой.
— Как?
— Обвиним родителей во всех своих ошибках?
Даня предлагает это с самым серьёзным видом, а меня пробивает на смех.
— Ха! Да, ты прав, — улыбаюсь, кивая. — Это они виноваты. Надо было нас раньше познакомить.
— Ага! Если бы мы праздновали каждый Новый год и Рождество вместе, тогда бы мы точно были нормальными!
— Да! — весело подхватываю. — Я бы присылала тебе открытки на день брата!
— А что, есть такой день?
— У нас бы был! — важно заключаю.
— Конечно. И плюшевых мишек тоже. И единорогов… ну или что вы, девчонки, любите?
— Единороги бы вполне подошли, — улыбаюсь.
Мы оба смеёмся, а потом наступает напряжённая пауза.
Смотрим друг на друга с внезапным осознанием. Теперь уже ничего не исправить. Что сделано, то сделано. И нам обоим теперь с этим жить…
— Ладно, — снова чувствую себя неловко. — Раз уж моё место уединения занято, то я, пожалуй, пойду.
— Нет уж, оставайся, — он встаёт. — Уйду я.
Мы замираем очень близко друг ко другу. Дышим часто. Напряжение усиливается. Окутывает нас наэлектризованной волной…
Раскат грома заставляет вздрогнуть.
— Там такой ливень, — шепчу пересохшими губами. — Если пойдёшь, промокнешь.
Боже… и кого я обманываю? Мне же просто хочется, чтобы он остался со мной!
— Ну да, — его зрачки расширяются. — Ты замёрзла? — кивает на мои обнажённые плечи.
Я убежала из дома в чём была.
