Вот описание для вашей книги на сайте-библиотеке: Я родилась в обычной семье, где жизнь шла своим чередом. Пока не начинается рассказ о девятнадцах, когда мир меняет его с первого взгляда, и ты понимаешь, что твоя жизнь теперь будет отличаться — такая же обычная, но уже не та....
Он не разделся и не разулся (я же говорю – умный парень). Его глаза не бегали по комнате, а сосредоточенно следили за мной. Он знал, что опасность здесь может исходить от меня, а не от стен.
– Тогда готовься к трапезе, – известила я его и ушла обратно на кухню.
Я налила Пашке кофе, потому что чая у меня не было. Чтобы не портить раньше времени организм ребенка, я добавила в его чашку молока. В магазине я купила два гамбургера и много картошки фри, а еще пять маленьких кексов с шоколадной крошкой. Сначала я принесла Пашке кофе и гамбургер, завернутый в бумагу, потом картошку на тарелке и два кекса.
Постепенно его бдительность перестала быть такой острой, но он все еще поглядывал на меня исподлобья. Я сидела на диване, ела и делала вид, что не замечаю, как он следит за мной.
– Почему у тебя нет телевизора? – нарушил он молчание.
– Я его не смотрю, – ответила я. – Не люблю тратить время впустую.
– Почему впустую? Там же полно всяких дурацких сериалов и жутких программ, – сказал Пашка, отпивая большой глоток кофе с молоком.
– Так я об этом и говорю! Зачем тратить время на что-то дурацкое?
– А как тогда развлекаться? Я бывает, часов по десять сижу за экраном. Если получается остаться…
Он резко замолчал, будто сам себе язык откусил. Я пригляделась. Опять эти глаза – большие, карие и совсем не детские. В этих очах была видна старость. Ни «огонек», ни «блеск», ни «радужное детство», а старость. В детдоме полно таких глаз и их не с чем не спутаешь.
– А как тебя по отчеству? – спросила я не из интереса, а для того, чтобы укоротить возникшую паузу.
– Алексеевич я, – ответил Пашка, без особой радости в голосе.
– Не плохо, – сказала я. – Слушай, Павел Алексеевич, если в следующий раз некуда будет идти, то иди прямо сюда. Я тебя не обижу. Тебе сегодня есть, где ночевать?
– Ночевать мне почти всегда есть, где, – ответил Пашка.
Он встал с кресла, поставил на стол пустую чашку и тарелку, положил рядом бумагу от гамбургера и откланялся.
– Если что, то я работаю с шести вечера и до двенадцати ночи, – крикнула я ему вдогонку."
"Я не стала его удерживать. Было бы только хуже. Для начала вполне хватило и того, что он поел и ушел со знанием того, что теперь, в случаи чего, ему можно сюда вернуться.
– Храбрый пацан, – сказала Аза грустным голосом.
