В дрожащей руке удерживается старинная фотография - последний свидетельство жизни покойной матери. Слезы скатываются по щекам, и стон охватывает сердце, когда она разбивается вдребезги. Эта книга — не просто рассказ о потерях, но и поиск целостности в мире черных теней....
Можно я приеду в аэропорт?
– Зачем? – испугалась я.
– Чтобы тебя проводить.
– Ни в коем случае. Меня будут провожать родственники. Еще слишком рано тебя с ними знакомить.
– Маша, а почему ты заранее не предупредила меня о своей поездке? Ты ведь не могла за один день получить визу и купить билет.
– Я не хотела тебя огорчать.
– Ну а если бы я не позвонил…
– Я бы оставила тебе записку. Кроме того, в сотовой связи есть автоматический роуминг. Ты бы смог дозвониться до меня, даже если бы я находилась в Германии.
– Маша, возвращайся поскорей.
– Постараюсь, – ответила я и положила трубку в сумочку.
Глава 20
Поднимаясь на этаж, я почувствовала странное волнение. Мне казалось, что в подъезде кто-то есть и этот кто-то поджидает меня. Так оно и оказалось. Рядом с дверью сидел Илья и смотрел на меня как побитая собака. Он и в самом деле был похож на покойника. Синие губы и до ужаса бледное лицо, обросшее трехдневной щетиной.
– Что тебе надо? – спросила я, пытаясь справиться с волнением.
– Хотел тебя увидеть.
– Надо же, какая честь! Наверное, больше тебе никто не дает, раз сюда заявился.
– Мне плохо, Машка. Я чувствую, как спид пожирает мои силы. Мне осталось совсем немного.
– А я чем могу тебе помочь?
– Не знаю. С тобой как-то спокойно. Ты добрая и бескорыстная. Тебе не нужны мои деньги, тебе нужен я сам. Здоровый или больной. Ты единственный человек, который меня по-настоящему любил.
– Приятно, что ты это понял, только уже слишком поздно.
– Ее больше нет, – глухо произнес Илья и тупо уставился в стену.
– Как? – опешила я.
– Она выбросилась с двенадцатого этажа. Я только что приехал с похорон.
От ужаса я не могла пошевелиться.
– Зачем она это сделала? – наконец задала я глупый вопрос.
– Она почувствовала, что спид становится сильнее ее. Она не хотела умирать медленно и мучительно.
– А как же Санька?"
"– Он остался с тещей.
Илья так сильно закашлял, как никогда раньше. У меня заныло сердце.
– Кашель у тебя отвратительный. Ты у врача проверяешься?
– Конечно. Я же официально лечусь, мне нельзя не проверяться. Я привык к этому кашлю. Иногда кажется, что задохнусь к чертовой матери, и все.
