В урологическом отделении столичной больницы появляется загадочный пациент — молодой, красивый и явно небедный мужчина. Медперсонал строит догадки о его прошлом, но никто не знает истинной причины его госпитализации. Между врачом и пациентом завязывается сложная игра, где каждый скрывает...
Странно, но ведь в любом случае здесь должна остаться лужа крови, а ее нет. Когда мы сюда приехали, моросил дождь, но он был не настолько сильным, чтобы смыть все следы.
Пытаясь унять дрожь в коленках, я вернулась в дом и, собравшись с духом, обошла его несколько раз. В комнатах было пусто. Но ведь этот гребаный ковбой существовал! Более того, он трахал меня этой ночью. Почему он скрывал свое лицо?! Зачем нарядился в этот маскарадный костюм?! В таком костюме ему бы скакать по прериям на горячем коне и пить крепкую текилу. Ну ладно, допустим, у него были причины играть в эту странную игру, к тому же, как ни крути, этот человек меня спас. Подстрелил мордоворотов, ранил Батона… Но он поступил довольно опрометчиво, воспользовавшись мною без моего согласия: теперь он заболеет спидом. В этом нет моей вины. Я честно хотела его предупредить, но он даже не дослушал меня. Значит, будет теперь расхлебывать по полной программе.
Прижав к груди букет роз, я еще раз обошла дом и направилась к станции. Электричка появилась через пять минут. Сев у окна, я закрыла глаза и подумала о том, что эта ночь, в общем-то, была не самой плохой в моей жизни. У ковбоя такие горячие губы и нежные руки… Пусть это будет моей тайной. Моей личной и сокровенной тайной…
Всю дорогу до Москвы я проспала.
Глава 12
Достав из кармана запасные ключи, я открыла дверь и отшатнулась. В квартире пахло самогонкой. От спертого воздуха меня чуть не стошнило. В кухне, уткнувшись головой в грязную тарелку, спал пьяный Илья. Рядом с ним стояли мутные бутыли, в которых до недавнего времени была самогонка бабы Любы. Старушка чуть ли не каждую неделю одаривала нас самогонкой, чтобы мы по достоинству оценили ее “мастерство”.
Открыв окно, я скинула с себя одежду и направилась в ванную комнату. Постояв под душем, вытерлась махровым полотенцем, закуталась в теплый халат и принялась за уборку. Илья громко храпел, даже не собираясь просыпаться. Господи, как он вообще остался жив, налакавшись этой отравы!
Примерно через час я решила его разбудить. С тридцать третьей попытки мне это удалось.
– Машка, ты откуда взялась? – сказал он, едва открыв глаза.
– От верблюда. Ну и гад же ты, Илюха! Нажрался как скотина! Перегаром на всю квартиру воняет!"
"Здесь, между прочим, не только моя самогонка была. Две бутылки Танька дала, одну – Зинаида Петровна из кардиологии. Просили, чтобы я ее у себя попридержала, так как дома у одной – родители, а у другой – сын-алкоголик.
