Автор
Лев, казалось бы, выборы в столице должны быть его сном寐ю. Однако губернатор внезапно заявляет о возможности его победы — и эта новость рушит все планы Льва. Теперь он должен бороться за власть против всего сердца, которое желает уйти в мгновенное признание.
Под платьем с меня сошло три пота, но внешне я спокойна, хоть и отвечаю очень строго.
— Тем не менее, — продолжает наступать журналистка. — Михаил, который был усыновлен вашими родителями, женился на вашей сестре. Это верно?
— Михаил не приходится кровным родственником кому бы то ни было в моей семье.
— Мой вопрос звучит по-другому. Усыновленный вашими родителями человек женился на вашей сестре?
— У моих родителей нет усыновленных детей.
Напряжение в зале зашкаливает, и модератор пресс-конференции наконец-то это чувствует.
— Спасибо за ваш вопрос, — вмешивается. — К сожалению, время пресс-конференции ограничено. Передаю слово молодому человеку во втором ряду.
Только я перевожу дыхание, как мне прилетает следующий вопрос."
"— Ринат Давлетшин, «Вечерний Печорск». Ирина Максимовна, вы упомянули своего младшего брата Алексея. А правда, что он был судим в Америке за избиение человека?
На меня словно опустилась бетонная плита — вот так я себя сейчас чувствую. Размазанной по асфальту за грешки всех своих родственников.
— Нет, это не правда. Мой брат Алексей никогда не был судим.
— Следующий вопрос…
Больше у меня ничего не спрашивают, но я продолжаю оставаться до конца пресс-конференции, натянутой, как струна. Быстрицкий рядом со мной отвечает на вопросы бодро, задорно, с юмором и миллионом обещаний улучшить жизнь местных жителей.
Как только пресс-конференция заканчивается, я тут же выхожу из зала и устремляюсь в машину у заднего выхода, в которой меня ожидает мой политтехнолог. Он смотрел прямой эфир по местному телевидению.
— Ира, подожди, — летит мне в спину голос Льва, но я не оборачиваюсь и ускоряю шаг.
Как только я прыгаю в машину, она тут же трогается с места.
— Вика хорошо покопала, — цокает Андрей.
— Какая еще Вика!? — зло рявкаю.
— Политтехнолог Быстрицкого. Но ты держалась молодцом.
Опускаюсь затылком на спинку сиденья и закрываю глаза. Автомобиль тихо шуршит по пути в мой штаб, а меня же всю трясет.
Больше всего на свете я боялась, что кто-то узнает про Мишу и Лизу, и это сыграет против меня.
— Я предлагаю отправить любовницу Быстрицкого на передачу «Пусть говорят», — вдруг заявляет Андрей, что заставляет меня резко распахнуть веки и повернуться к нему.
