Автор
В этой исторической драме Кейси упрекает свою мать за равнодушие к ее будущему. Она восстает против отцовской сдержанности, желая стать настоящим лидером. Но в их мире возраст и пол играют ключевую роль, несмотря на то что Тайлер — единственный его взрослый сын.
Если бы не время — проклятый паровоз уже разводил пары, — Демьен мог бы ответить и даже кое в чем согласиться с Чендосом. Но сейчас он хотел одного — поговорить с Кейси, пока она не вошла в вагон.
— Мэм, — кивнул он Кортни.
— Если вы не возражаете, я подойду к Чендосу, он меня зовет, — сказала та и оставила Демьена и Кейси наедине.
Демьену было безразлично, ушла она или нет. Он просто обнял Кейси и крепко поцеловал. Он вложил в этот поцелуй всю свою ярость, все свое отчаяние. Давным-давно надо было поступить так.
"— Вот что такое настоящее прощание, — заявил он, снова поставив Кейси на землю.
— Вот как? — слегка задыхаясь, произнесла она. — Я и не знала. Мне не часто приходилось прощаться.
— Мне тоже. А это прощание мне вообще не нравится, — проворчал он;
— Вам не нравится…
— Кейси, я… — Он что-то собирался сказать, но язык ему не повиновался, и Демьен заговорил совсем о другом:
— Понимаете, мне понравился ваш город. Я намерен открыть там филиал «Ратледж импорте».
— Вы? — Кейси недоуменно заморгала.
— Да. И я думал о том, позволите ли вы ухаживать за вами, когда я переберусь в Уако.
— Ухаживать за мной? — переспросила она, словно не веря тому, что услышала. — Как это… ухаживать за мной?
— Да, ухаживать. А однажды я наберусь храбрости и попрошу вас выйти за меня замуж, и тогда приятное долгое ухаживание кончится тем…
— Вы хотите на мне жениться? Он улыбнулся, глядя на ее недоверчивое лицо, и проговорил мягко:
— Я хочу этого больше всего на свете.
Кейси онемела. И долго молчала, глядя на Демьена, а ему казалось, что он сейчас умрет от неизвестности.
А она вдруг сказала в своей обычной отрывистой, но не допускающей сомнений манере:
— К черту ухаживание! Попросите сейчас.
— Вы не против?
— Скажите прямо.
— Выйдете за меня замуж?
— О да! Да! — Кейси обхватила шею Демьена обеими руками и выкрикнула еще раз:
— Да! — И потом:
— Черт! Почему ты тянул так долго?
Демьен засмеялся:
— Неуверенность. Я никогда еще не испытывал такой неуверенности в себе. Я давно бы мог сказать, что мне нужна только ты, Кейси, чтобы жизнь моя обрела смысл.
— Нам надо вместе бороться с твоей нерешительностью, Демьен. Уезжая тогда от тебя, я чувствовала себя такой несчастной. Я уже потеряла надежду на твою любовь.
Он привлек ее к себе.
