Ещё недавно он чувствовал настоящее родство со всеми этими людьми, которые когда-то спасли его жизнь, а теперь незримая связь порвана.
— Я помогу, — Яна внезапно ощутила, что кто-то взял её за руку. — Первый раз самый сложный.
Мужчина был в маске, как и все, но Яна узнала его по голосу — Н'наму.
— Действительно, немного страшно, — призналась она.
— Сожми крепче мою руку и просто сделай шаг.
— Что я почувствую?
— Это сложно описать словами. Но терпимо. Дамарийский огонь достаточно кроток, особенно для тех, кто чтит дамарийскую святость и не приносит вреда дамарийцам.
Яна почувствовала в его голосе упрёк.
— Это вы о том, что я переняла у Морриса дамарийскую сущность? Но это произошло случайно. Здесь нет моей вины.
— Разве ты этого не хотела? Никакая магия не сможет поспособствовать тому, чтобы дамарийская сущность перенеслась с одного на другого, если этот другой отчаянно этого не желал.
Яна действительно отчаянно хотела избавить Морриса от проклятия. Она боялась, что без ритуала ему может стать совсем плохо. Она настолько сильно хотела ему хоть чем-нибудь помочь, что, да, у неё проскакивала мысль: уж пусть лучше бы на Яне было это дурацкое дамарийское проклятие, чем на нём.
— Я не жалею о том, что сделала. Я бы и снова забрала у него любое проклятие, если бы знала, что этим спасаю его, — твёрдо произнесла Яна.
Безобразная маска, которая была на Н'наму, развернулась к ней. Казалось, он удивлён её настырностью и решительностью.
— Но мне жаль, что пришлось забрать у Морриса то, что ему так дорого, то, что было частью его, неотъемлемой составляющей. Он, наверное, и сам до конца не понимал, насколько сроднился с дамарийской сущностью, пока не лишился её. Я и сама до конца не понимала, насколько люблю в нём эту дамарийскую сущность. Не знаю, как ему её вернуть, но если бы могла, сделала бы.
Н'наму вдруг снял с себя маску и надел на Яну.
— Если ты будешь в маске вождя племени, дамарийский огонь не осмелится причинить тебе сильный вред, — в его глазах была теплота. — А теперь шагай.
Яна крепче сжала руку Н'наму и решительно сделала шаг туда, где бушевало пламя.
Глава 61. Это была моя роковая ошибка
В то мгновение, когда Яна переступила границу между воздухом и огнём, она вдруг ощутила дежавю. Такое ведь уже когда-то было. Под бой барабанов и звон бубнов, под нечеловеческие крики она уже пересекала эту черту. В лицо вот так же, как сейчас, дышало ослепляющее пламя и жгло не жаром, а холодом.
Воспоминания полились сплошным потоком. Она была совсем ребёнком. Её вели к ритуальному огню. Маленькое сердце стучало часто-часто. Она не понимала, что происходит. Ей было страшно, но кто-то крепко держал её за руку. Кто? Это был не Н'наму — совсем другой мужчина."
"— Я не хочу туда, дядюшка Жюль.