О чём книга «Мне тебя запретили»
Леша влюблен в Наташу, но их связь запретна — их семьи дружат десятилетия. Страсть борется с чувством долга перед отцом. Смогут ли они преодолеть преграды общественного мнения и семейных уз, чтобы быть вместе?

Автор
Леша влюблен в Наташу, но их связь запретна — их семьи дружат десятилетия. Страсть борется с чувством долга перед отцом. Смогут ли они преодолеть преграды общественного мнения и семейных уз, чтобы быть вместе?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мне тебя запретили»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Леша влюблен в Наташу, но их связь запретна — их семьи дружат десятилетия. Страсть борется с чувством долга перед отцом. Смогут ли они преодолеть преграды общественного мнения и семейных уз, чтобы быть вместе?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Леша влюблен в Наташу, но их связь запретна — их семьи дружат десятилетия. Страсть борется с чувством долга перед отцом. Смогут ли они преодолеть преграды общественного мнения и семейных уз, чтобы быть вместе?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
К счастью, в рекламе для «Ив Сен Лорана» мне не нужно проявлять к ним страсть, но вот на фотосессиях с парнями-моделями почти всегда нужно изображать любовь. И хоть большинство моделей мужского пола — геи, это все равно тяжело. Ведь зритель должен поверить в искренность чувств двух человек на странице журнала.
Когда мы снимаем последнюю сцену, я наконец-то скидываю с себя шпильки «Ив Сен Лоран» и опускаюсь прямо на каменный пол замка, разминая ступни.
— Отличная работа, Натали! — надо мной возвышается креативный директор модного дома.
Я не поднимаю на него взгляда, потому что это физически больно. Из-за яркого освещения глаза снова высохли, специальные капли уже не особо помогают, поэтому я сижу с опущенными веками.
Ваккарелло тоже крайне любопытный персонаж. Провел со мной на этих съемках все 10 дней, как будто у креативного директора модного дома нет другой важной работы. Но в отличие от меня и съемочной группы он эти 10 дней не впахивал, а вальяжно восседал на антикварном кресле 19 века, попивая коктейли и наблюдая за процессом со стороны. Изредка давал указания режиссеру.
— Спасибо, — нехотя отвечаю.
— Ты стала настоящим открытием для меня.
— Угу.
— Устала?
Все-таки поднимаю на него глаза.
— Я умираю.
«Разве не видно?», — добавляет мой внутренний голос.
Ваккарелло с пониманием кивает.
— Хорошо, отдыхай. Не буду больше тебя грузить. Я свяжусь с Леруа по поводу наших дальнейших планов.
Каких еще дальнейших планов, мне хочется спросить, но мужчина уже уходит, оставляя меня сидеть на полу. Через несколько минут подъезжает «Ауди», и при помощи оператора я поднимаюсь на обессиленные ноги, чтобы доковылять до автомобиля.
Антуан не дает мне выходной на следующий день. Его не волнует, что у меня были изнуряющие съемки. Ровно в 9:00 я, как штык, должна быть в офисе: продолжать оттачивать походку по подиуму и умение держаться перед камерой.
— Готье, ко мне в кабинет! — Леруа, словно ураган, врывается в зал хореографии.
Смущенно улыбнувшись преподавателю, я проскальзываю мимо завистливо смотрящих на меня девушек. Я по-прежнему не общаюсь ни с одной из них. Даже не здороваюсь. Они, конечно, уверены, что это потому что я зазналась, но на самом деле мне просто противно общаться с людьми, которые поливают меня грязью за моей же спиной. Впрочем, они и друг друга поливают, но в глаза всегда улыбаются. Мерзость.
— Садись, — Антуан указывает на стул напротив своего стола.
Я послушно опускаюсь.
— «Ив Сен Лоран» очень тобой доволен. «Вог» тоже. Реклама пойдет в августовский номер. По телеку запустят тогда же.
Губы против моей воли растягиваются в довольной улыбке. Антуан же продолжает оставаться предельно серьезным.
— Но это еще не все.