Автор
В книге "Мне все равно" читатель окунется в мир обычной школы, где каждый ученик прячет свои тайны и претензии. Игнор — единственная слушащая шепоток, но ее воспринимают как особенного глухого щеку. Сюжет держится на сильной атмосфере зависти, жестокости и маленьких подлостей среди одноклассников....
Как моя прабабушка любила повторять: когда поперек лавки лежит еще можно воспитывать, а потом – бесполезно. Вроде так звучало…
Теперь всё. Они уже выросли, у многих внутри гниль, которую не вытравишь. Впрочем, мне какое дело? Я тут ненадолго.
Осталось несколько месяцев. Потом свобода. Относительная, конечно, но…"
"Чувствую леденящий холод, лижущий тело, но в то же время почему-то становится горячо, словно прожигает, жгучей волной проходит по позвоночнику.
С досадой понимаю, что это.
ЕГО взгляд.
Взгляд, на который мне должно быть по фигу.
Есть у меня такая особенность, когда все обычно краснеют я, наоборот, бледнею, становлюсь белой как смерть.
- Вещи её верните.
Голос у Тора низкий, спокойный. Обычно он такой… лениво-вальяжный, это еще называют говорить «через губу». Да. Признаю. Я знаю какой у него обычно голос. Я вообще непростительно много о нём знаю для человека, которому всё равно.
Как-то сразу после его слов становится тихо. Подозрительно тихо.
Уверена, даже не глядя на них, что все сейчас смотрят на Тора. И смотрят удивленно.
- Я что-то не ясно сказал? Вещи Щепкиной на базу.
* * *- Торыч, ты… - это Да Винчи, Данила Виноградов, любитель недружеских шаржей, считающий себя гением. Трепло.
- Вещи. – мне странно, но Торопов повышает голос тона на два.
- Одиннадцатый «Е», это уже какой-то… паноптикум! Я вас… я… - это Конор вспомнил, наконец, что вообще-то он тут учитель и должен быть главным – но как бы не так. И это все знают.
- Сергей Иванович, я сам разберусь. – Тор делает шаг.
Конор изумленно пялится на него, даже свисток изо рта выронил.
Я все еще стою вполоборота, но вижу, а главное – чувствую, что этот шаг он делает ко мне. А потом…
Потом резко сдирает с себя футболку, и так же резко надевает мне на голову. Я ничего не успеваю сделать. Мягкая ткань накрывает моё тело пряча бесстыдную наготу.
Вскидываю на него глаза и давлю сквозь зубы:
- Сними! – весь яд выплескиваю, который есть! Всю… все ненависть, которой нет на самом деле.
Тор молчит, прожигает взглядом. А потом – это замечаю только я! – в его глазах появляется какое-то новое выражение. Новое и странное. Как будто там… нежность что ли? Не может быть…
Его футболка пахнет остро, очень вкусно, чем-то древесным, горьковатым, и… мужским. Я морщу нос, потому что боюсь чихнуть.
Этого только не хватает.
- «Рили» светит Тору свой «тишёрт»* сжечь. – гнусавый голос Дунаевой узнаю сразу.
