Автор
В книге "Мне все равно" читатель окунется в мир обычной школы, где каждый ученик прячет свои тайны и претензии. Игнор — единственная слушащая шепоток, но ее воспринимают как особенного глухого щеку. Сюжет держится на сильной атмосфере зависти, жестокости и маленьких подлостей среди одноклассников....
Стас просто сказал, что тема закрыта. Но при этом цеплял её при каждом удобном случае. Даже я как-то сказал ему, что это уже не по-пацански.
Ага, кто бы говорил! То, что я собирался сделать с Лерой просто джентльменский поступок!
После истории в радиорубке Селена пропала. Это я уже потом узнал от Да Винчи, вроде она даже попала в больницу.
Трэш.
Мы с ней, реал, ничего не сделали, Коршун её и пальцем не тронул, просто припугнули. Но… Главное, что её родоки никак не отреагировали. Мама Леры, я так понимаю, устроила директрисе Варфоломеевскую ночь.
А Селена просто ушла в другую школу. По крайней мере так говорили.
Поэтому видеть её сейчас в нашем классе шок. Еще и такую.
- Давай, Сотникова, смелее. «Е» класс тебя не съест.
С этим я бы поспорил. Но «Ксенон» видать в восторге от своей шутки.
А вот Селена, кстати, по ходу реал не сильно боится, что её съедят.
Она была блондинкой раньше, миленькой блондинкой.
Сейчас перед нами коротко стриженая девица с угольно-черными волосами и ярко накрашенными глазами.
- Селена будет учиться с вами, надеюсь, никто не против? – Ксения Сергеевна всё никак не свалит, словно ждёт нашей реакции.
И не зря.
Резко отодвигая стул, который падает, со своего места срывается Коршун.
- А если против?
- В каком смысле, Коршунов?
- В прямом.
- Завали, Коршун. Это от тебя воняет гнилью. Гнилой, как и вся твоя семейка. – Селена говорит это очень уверенно.
- Что ты сказала?
Друг подлетает к ней, хватает, впечатывая в стену, забив на то, что рядом директор и учитель.
«Ксенон» вопит, Оленька тоже, вижу, как дергается стоящая со мной Лера.
- Ром! – мне даже не надо, чтобы она просила.
Хватаю Коршуна за плечо, заставляя оторваться от девчонки.
- Эй, Стас, легче…
- Отвали.
- Стас!
Не понимаю, что с ним творится, но чувствую – на пределе. Его трясет. Ненависть взрывной волной.
Почему? Что за?
- Коршунов, немедленно сел на место! – орет «Ксенон», на которую всем по хрену. – Я позвоню твоему отцу.
- Привет ему от меня передайте. Адьос!
Стас срывает мою руку со своей и выходит, хлопнув дверью.
Аут.
Чёрт, бежать за ним? Будет хуже. Надо дать ему остыть. Заскочу после школы вместе с Да Винчи.
