О чём книга «Мое падение»
Честная исповедь женщины, которая имела все для счастья: любящую семью, красоту, успех. Но что случилось, чтобы идеальная жизнь рухнула? Откровенный рассказ о падении и переосмыслении того, что действительно важно.

Честная исповедь женщины, которая имела все для счастья: любящую семью, красоту, успех. Но что случилось, чтобы идеальная жизнь рухнула? Откровенный рассказ о падении и переосмыслении того, что действительно важно.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Мое падение» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Честная исповедь женщины, которая имела все для счастья: любящую семью, красоту, успех. Но что случилось, чтобы идеальная жизнь рухнула? Откровенный рассказ о падении и переосмыслении того, что действительно важно.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Честная исповедь женщины, которая имела все для счастья: любящую семью, красоту, успех. Но что случилось, чтобы идеальная жизнь рухнула? Откровенный рассказ о падении и переосмыслении того, что действительно важно.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Дан часто, сквозь зубы дышит, он тоже безумно меня хочет, не понимаю, почему он медлит. Хватаю его за свитер, тяну наверх, снимая его. Провожу ногтями по его идеальной накаченной груди, слегка царапая. Замечаю на его предплечьях черные татуировки. Его рот уже нежно ласкает мою грудь, всасывая, доводя меня да безумия. Глубоко дышу, выдыхая его имя.
— Даааан, возьми меня немедленно! — не выдерживаю, кричу. Специально ерзаю на его твердом возбужденном члене уже давно увлажненной киской. Дан шире раздвигает мои ноги, собирает мешающую ему пышную юбку. Запускает пальцы в мою киску, поглаживает, собирает влагу. Подносит влажные пальцы к моим губам, заставляет облизать их. Жадно обхватываю его пальцы, всасываю их, чувствуя вкус собственного возбуждения. Меня уже трясет.
— Дааан, — протяжно стону. — ДАН.
— Что, Дюймовочка? Что ты хочешь? — спрашивает меня хриплым голосом. Хватаю его за запястья, тяну к своему лону, заставляя прикоснуться. Резкий толчок и его пальцы во мне. Вскрикиваю, впиваясь ногтями в его мышцы на плечах. Дан ловит мои губы, поглощает мои стоны. Медленно двигает пальцами, растягивая меня, слегка задевая большим пальцем возбужденный клитор. Начинаю двигаться сама, резче насаживаясь на его пальцы.
— О Боже, Дан! ПОЖАЛУЙСТА.
— Что, пожалуйста? — черт, он из тех, кто любит, чтобы его просили. И я прошу.
— Возьми меня, пожалуйста. Сейчас. Трахни меня! — кричу ему в ответ. Дан ухмыляется, наслаждаясь своим триумфом. Останавливается. Слегка меня приподнимает, расстегивает джинсы, спускает их вместе с боксерами. Ловлю руками его твердый большой налитый член, глажу по всей длине, задеваю большим пальцем головку, распределяя выступившую на ней капельку влаги.
— Стой! — командует он. Отшвыривает мои руки. Чуть приподнимает меня за бедра и резко насаживает на себя, глубоко, до самого конца, растягивая, наполняя меня. Мощная волна жара проносится по моему телу, неся за собой капельки пота. Мы замираем. Смотрим друг другу в глаза. Я вижу, как напряжены его скулы. Как горят серые глаза."
"— Ведьма, — сквозь зубы выдает он. Хватает за бедра, начиная грубо трахать резкими толчками, вызывая во мне дикие стоны наслаждения. Ловлю его ритм, поддаюсь ему, двигаясь с ним в унисон. Вонзаю ногти в его плечи, расцарапывая их. Дан рычит, еще сильнее вонзая пальцы в мои бедра. Его толчки беспощадны, я сверху, я двигаюсь, но это он трахает меня, ни на секунду не теряя контроля. Я уже на грани, лечу в пропасть, еще чуть-чуть и я через нее перешагну. Чувствую, как его большой член подрагивает внутри меня. Дан хватает меня за волосы, впивается в мои губы, но не целует их, кусает, причиняя боль, как будто за что-то наказывая меня, что-то доказывая. Кричу ему в рот, когда его толчки становятся еще жестче, грубее.