Сверкающая молния и громовой раскат разрывают ночное небо, заливая улицы ярким светом. Ливень хлынет с несущимся ветером, превращая дорожки в лужи и скользкие амбразуры. Выносливая Эсмеральда шлепает по мокрым улицам в босоножках, зашвыривая их в неприступную урну.
Как будто она место пустое. Жалко только ее. Нихрена она в жизни не поняла и не поймет, наверное. — Ксюша, немного хмурится, пальчиками мое лицо поглаживает, а в ее зеленых омутах печаль разливается и вопрос немой. Только вот я не пойму, что я должен ей ответить.
— А что происходит между нами? — ах, вот что значит этот взгляд. Если бы я знал, я бы, наверное, ответил.
— Падаем мы, Дюймовочка. На полной скорости вниз, в неизвестность. И наверное разобьемся.
— А мы вместе падаем?
— Вместе. И разобьемся тоже вместе, — и похоже ей нравится мой ответ.
— Не могу я, Дюймовочка, понимаешь. Не могу дать тебе того, что ты хочешь. Не умею я чувствовать по-настоящему. И не хочу! А ты большего требуешь!
— Я требую? — удивляется она.
— Да, — отвечаю, по губам ее сладким пальцами прохожусь. Ее ротик, приоткрывается и губы такие мягкие.
— Как я требую?
— Требуешь.
— О. Божеее, — мягко стонет она."
"— Требуешь стоном своим сладким, — шепчу ей, покрывая поцелуями упругие груди, слышу ее рваные вдохи. — Каждым вдохом своим требуешь, — обхватываю ее груди, свожу вместе, большими пальцами одновременно ласкаю ее твердые бусинки. Меня бросает в жар от ее вида, от прогиба спины, от приоткрытых губ, с легким, еле слышным стоном. Чувствительная, красивая, сексуальная.
— Требуешь глазами своими ведьмовскими, зелеными, — ее глаза распахиваются, впиваются в мои.
