В поезде "Дурбурд" произошло невероятное: шарф сам собой ожил и обернулся вокруг шеи у доктора Доу. Этот случай лишь началом загадочной истории, в которую мы войдем вместе с героем - человеком, чья жизнь стала пост-имаго для всех присутствующих на поезде.
Ринулась на него. Мерзкое, странное зрелище. Она напрыгнула на него, прямо на его лицо. Будто обняла его крыльями, обвернула, громадина, но тут…– Бэзил замолчал и покосился на парня. – Да, Мелкий, расскажи господину доктору, что случилось дальше. Молчи! Сам расскажу! А случилось то, что один дурак взял и чихнул.
– Мне просто туман в нос забился, – жалобно проканючил Мелкий.
– Да. В общем, тварь услышала, дернулась и улетела. Типчик испуганно огляделся, схватил свой кофр и в ужасе убежал прочь.
– Когда это было?
– Утром еще.
– И что тварь?
– Села себе на фонарь. Ну, тот, старый битый фонарь, у арки. Я велел Мелкому караулить ее, а сам отправился собирать парней.
– Зачем?
– Изловить ее, разумеется. Можно продать… ну или съесть. Вообще без понятия, зачем еще нужны эти твари.
– Насколько я понимаю, вам так и не удалось ее поймать."
"– Пока я всех собрал и мы нашли сеть, прошла куча времени. Мы вернулись, когда стемнело, уже и не надеясь, что тварь там все еще сидит и нас дожидается.
– Каким это образом? – Почему-то доктор Доу усомнился, что подобная ловля была бы по достоинству оценена членами Клуба охотников-путешественников. Что ж, он был прав.
– Ну, а как охотятся на разных тварей? – просто ответил Бэзил. – Бутылка и Клопик надели сеть на палки и попытались поймать ее, но она хитрой оказалась, упорхнула. Но мы ж тоже в обиде – весь день шмыгали туда-сюда из-за нее.
***
Приближался туманный шквал. Сирена выла часто и рвано, но все равно она ни в какое сравнение не шла с сердитым ворчанием миссис Трикк.
Экономка была вынуждена разогревать ужин уже во второй раз. Господин доктор и Джаспер вернулись несколько минут назад и сходу принялись обсуждать это их дело, полное странностей и неприятных подробностей. И если Джаспер всегда был склонен к легкомысленности и ребячеству, поскольку он, собственно, и был ребенком, то от доктора она подобного не ожидала. Его прежде незыблемое расписание было нарушено самым чудовищным образом.
