Мое проклятие — это напряженная история о роковом слове и неразрывной связи между бабушкой и внучкой. Взгляды двух женщин, словно заклинило судьбой, переплетаются в этом произведении, где злоба и отчаяние вздымается до пиковой точки в мгновение, когда музыка нарушается и мир замолкает....
Похоже, «Мое проклятие» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Темнота перестала пульсировать, переход ярко вспыхнул, и перед нами во всей своей красе предстали «виновники торжества»."
"На Эргоре не знали ни книксенов, ни реверансов. Здесь кланялись. Я не сомневалась, что все слуги за моей спиной согнулись сейчас в поясном поклоне. Низко опустила голову Кариффа. Мне следовало поступить так же. Ведь репетировали — не раз и не два. Еще мгновение назад я искренне собиралась сделать как полагается. Не смогла. Все внутри неожиданно взбунтовалось против подобного раболепия, и я потупилась, неловко согнув напряженную, словно онемевшую шею.
Рядом тихонько зашипела Кариффа.
— Рад видеть тебя в добром здравии, дорогая воспитанница.
Подняла ресницы.
Преувеличенно ласковые интонации и пристальный, изучающий взгляд немигающих змеиных глаз. Поняла, что уже успела отвыкнуть от Эктара. От того, как тяжело вдруг становится дышать в его присутствии. От угрозы и смертельной опасности, что остро ощущались рядом с этим человеком. Не сомневаюсь, то, как я приветствовала их с дочуркой, он успел заметить.
— Лишний раз убеждаюсь, что Гарард — прекрасный целитель, — разглядывая меня, продолжал вещать опекун. — Вам очень повезло с ним, саэр Крэаз.
— Да, — короткий равнодушный ответ.
Покосилась на Саварда.
Он, как и Ритан, смотрел прямо на меня. Невозмутимо, спокойно, бесстрастно. Но вот наши взоры встретились, и серые глаза мгновенно потемнели, вспыхнули черным огнем. Он рванулся навстречу, чтобы тут же угаснуть, раствориться в холодной сдержанности, оставив лишь легкий, почти незаметный отблеск нежности и теплоты.
Внезапно вспомнилась сегодняшняя ночь. Горячечно-жаркая греза, затерявшаяся в череде сновидений, оставившая после себя лишь неясные, странные образы и отголоски смутных чувств.
Словно сквозь пелену густого тумана — знакомое лицо, склонившееся низко-низко. Темная прядь волос над мрачным пламенем глаз. Приоткрытые губы, ловящие мое дыхание. Терпкое до сладости ощущение нежных пальцев, подрагивающих на плечах.
Растворяется в ночи, поглощенный ею, тихий прерывистый шепот:
— Девочка моя… Мой сладкий яд… Кэти…
Почувствовала, как щеки опалило жаром. Сон или нет? Был Савард у меня сегодня ночью или все это лишь плоды разыгравшегося воображения? Теперь не узнаешь.
— Катэль, милая, прекрасно выглядишь. Зря я переживала за свою маленькую сестренку, беспокоилась, как там она? Одна, вдали от родных и близких.
