Мое проклятие — это напряженная история о роковом слове и неразрывной связи между бабушкой и внучкой. Взгляды двух женщин, словно заклинило судьбой, переплетаются в этом произведении, где злоба и отчаяние вздымается до пиковой точки в мгновение, когда музыка нарушается и мир замолкает....
Похоже, «Мое проклятие» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А самое главное, для того, чтобы взглянуть страхам в лицо. Своим и той, настоящей Кателлины. За этот месяц я изменилась, стала увереннее, спокойнее. Разговор с Фисой помог мне увидеть ее другими глазами. Надеюсь, с папашей будет так же.
* * *— Дорогая племянница, какая приятная встреча!
Не успели мы свернуть на первую боковую дорожку, как лицом к лицу столкнулись с Эктаром, который внезапно, словно черт из табакерки, возник рядом. Под кустом караулил, что ли?
— Я вот хожу, скучаю в одиночестве, а тут такая нежданная радость.
Бывший опекун скалился улыбочкой, источал безграничное радушие и откровенно, на мой взгляд, переигрывал.
Охранники слаженно шагнули вперед, загораживая меня своими телами. Кариффа нахмурилась и дернулась в сторону Ритана.
— Наставница, — удержала старуху за руку, — мы все равно гуляем. Почему бы не пройтись немного вместе? Гарден, Идар, — окликнула своих безмолвных хранителей, — я хочу поговорить с саэром Эктаром, — и добавила, внимательно всматриваясь в их глаза, — вы только далеко не отходите.
Мужчины быстро переглянулись и нехотя отступили. Причин для отказа у них не нашлось.
— Не подходить к сирре Кателлине ближе, чем на два шага, — впервые за все время услышала голос Идара, низкий, уверенный. — Не прикасаться. Мы пойдем в нескольких шагах сзади.
Злобная гримаса на мгновение исказила лицо «дядюшки». Он надменно вздернул подбородок, но ничего не ответил.
Наша процессия медленно двинулась по дорожке. Впереди мы с Эктаром, немного сбоку Кариффа, позади Гарден и Идар.
— Ну здравствуй, моя маленькая мышка! — Опекун не стал тянуть и немедленно приступил к разговору.
— Уже не ваша.
Я внимательно прислушивалась к своим чувствам. Омерзение, настороженность, недоверие, желание оказаться подальше, толика любопытства. Всепоглощающего, отчаянного ужаса не было. Эмоции бедной девочки Кателлины ушли, растворились окончательно.
— А ты, смотрю, осмелела? — быстрая неприятная усмешка. — Не стоит мне дерзить, девочка. Как бы жалеть потом не пришлось.
— Я просто сказала правду. Вы сами оборвали связь, теперь я наида Саварда Крэаза и не имею к вам никакого отношения.
Спокойно встретила напряженный, заинтересованный взгляд холодных зеленых глаз.
— Альфииса права, ты изменилась, Кэти.
