Мое проклятие — это напряженная история о роковом слове и неразрывной связи между бабушкой и внучкой. Взгляды двух женщин, словно заклинило судьбой, переплетаются в этом произведении, где злоба и отчаяние вздымается до пиковой точки в мгновение, когда музыка нарушается и мир замолкает....
Похоже, «Мое проклятие» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Скорее себя саму, но мужчина услышал и, как ни странно, ответил:
— Постарайтесь на сегодняшнем отборе произвести на сиятельного саэра благоприятное впечатление. Знаю, вам плохо, больно и страшно, а к вечеру будет еще хуже. Но соберите все силы. Другой возможности не будет.
Целитель сгреб со стола какие-то флаконы и баночки, уложил их в маленький сундучок и явно собрался откланяться.
— Уже уходите? — неожиданно прорвалось жалобным всхлипом, и я крепко стиснула зубы.
Странно, но присутствие этого чужого, не очень расположенного ко мне человека вселяло хоть какую-то уверенность.
— Глава рода наложил запрет на общение, — сухо уведомил мужчина. — Мне было разрешено посетить вас только для того, чтобы осмотреть и поддержать силы. Саэр Эктар хочет дать бывшей воспитаннице шанс присутствовать на отборе в относительно вменяемом состоянии. Я сделал все, что требовалось. Дольше задерживаться не могу.
Он закрыл сундучок и пошел к двери, намереваясь уйти.
— Мэтр Циольф, скажите… — Несмотря на его откровенное нежелание общаться дальше, я все-таки хотела кое-что прояснить для себя.
Мужчина развернулся, насмешливо-удивленно глядя на меня."
"— Иногда ваши поступки поражают своей продуманностью, сирра. Но по большей части вы демонстрируете простодушие, граничащее с глупостью. Думаете, глав семей, а тем более главу рода интересуют слова простой воспитанницы, сироты, не имеющей близких родственников? Или вы полагали, что вердикт не может быть вынесен без вашего участия? — Покраснела: именно так я и думала, вспоминая земное судопроизводство.
— Раз все обстоит именно так, зачем же вы настаивали, чтобы я сама себя оговорила, сознавшись в краже злосчастного отвара из лаборатории? Ведь с самого начала было понятно, что мне не позволят сказать ни слова.
— Существовала призрачная надежда, что саэр Ритан захочет поговорить до заседания Совета.
