Мое проклятие — это напряженная история о роковом слове и неразрывной связи между бабушкой и внучкой. Взгляды двух женщин, словно заклинило судьбой, переплетаются в этом произведении, где злоба и отчаяние вздымается до пиковой точки в мгновение, когда музыка нарушается и мир замолкает....
Похоже, «Мое проклятие» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вот мэтр Циольф нарочито громко и монотонно роняет слова о том, что мне для окончательного выздоровления и полного возвращения как голоса, так и памяти нужно пить вот это лекарство из маленького синего флакончика, смазывать виски вот этой мазью из зеленой баночки и полоскать горло вот этим отваром из высокой красной бутылочки. Внимательно слушаю, запоминаю. И вдруг мужчина, воровато оглянувшись и убедившись, что на нас никто не обращает внимания, суетливо пихает мне в руки крошечный черный пузырек.
— Постарайтесь улучить момент и выпить, когда за вами придут, чтобы отвести на ритуал, — на грани слышимости втолковывает он. — Обязательно. Все сразу. Одним глотком.
Потом быстро отступает, учтиво кланяется и равнодушно, безучастно произносит:
— До свидания, сирра Кателлина. Счастья и благополучия вашему новому дому.
И, отвернувшись, уходит.
Вот Мори, давясь рыданиями, все смотрит и смотрит на меня, не в силах оторваться и отпустить руку, которую я, прощаясь, ей протянула.
«Это было единственно верное решение», — убеждаю себя, глядя в полные отчаяния и непролитых слез глаза.
Но к горлу подступает горячий твердый ком, царапая невыносимо острыми гранями, и я, презрев церемонии и условности, бросаюсь женщине на шею, бормоча:
— Не надо, нянюшка, не плачь! Помнишь мое обещание? Устроюсь, обживусь немного и буду молить саэра Крэаза, чтобы позволил тебе приехать.
И сама сейчас истово верю в то, что говорю.
А Мори все кивает и кивает, ласково перебирая мои волосы дрожащей рукой.
Вот Фиса, изобразив натянутую улыбку, церемонно цедит:
— Удачи, Кэти, — и добавляет, помедлив, — жаль, что уезжаешь так скоро и будешь там жить одна.
— Сделаю, что смогу.
Не стоит, наверное, отвечать так резко и сухо. Но мое терпение уже на пределе.
— А ты изменилась, Катэль, — обиженно поджимает губы родственница.
