Мое проклятие — это напряженная история о роковом слове и неразрывной связи между бабушкой и внучкой. Взгляды двух женщин, словно заклинило судьбой, переплетаются в этом произведении, где злоба и отчаяние вздымается до пиковой точки в мгновение, когда музыка нарушается и мир замолкает....
Похоже, «Мое проклятие» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Еще и сыворотку правды пить придется.
Продолжаю молчать.
— Это средство нейтрализует его, — в ладонь вкладывают пилюлю.
— Почему я должна верить вам, сирра Кариффа?
— Вы ничего мне не должны, — смеется старуха. — Придется просто рискнуть.
И она уходит. Зажимаю таблетку в кулаке, трусливо откладывая решение на потом…
Все это мгновенно мелькнуло перед глазами, пока тягучая безвкусная жидкость медленно, глоток за глотком, текла в горло.
В голове зашумело. Или это просто показалось от страха? Неважно. Я решилась! Продвинула таблетку к краю стакана и отправила в рот вместе с очередной порцией гнусного зелья.
— Назови свое имя! — холодный четкий вопрос обрушился сразу, как только бокал опустел.
Не дал даже отдышаться, гад. Не глядя, сунула куда-то емкость, с облегчением почувствовав, как проясняется разум. Какую бы цель ни преследовала Кариффа, за эту помощь всегда буду ей благодарна.
— Кателлина Крэаз! — ответила без запинки.
Меня ведь теперь действительно так зовут. Причем совершенно официально.
— Какое имя ты носила до вступления в род Крэаз?
А вот это вопрос посложнее. Но если подумать… Рискну.
— У меня не было имени!
Выпалила и невольно затаила дыхание, ожидая грома и молний на свою голову, но ничего не произошло. Значит, правильно рассчитала. Брови сиятельного поползли вверх, а по залу пронесся отзвук перешептываний и тихих недоуменных восклицаний.
— Меня изгнали, лишив права носить имя рода, — прокомментировала собственные слова.
Надеюсь, это пояснение не нарушило каких-нибудь норм проведения ритуала.
Но мужчины молчали, и, закрепляя успех, поспешила добавить:
— Я была отлучена от рода Эктар под именем Кателлины Эктар."
"Сиятельный нахмурился, будто чувствуя подвох, но со мной ничего страшного не происходило, и он, чуть подавшись вперед, отрывисто и властно бросил следующий вопрос:
— Говорил ли саэр Эктар о том, что ты должна будешь делать в моем доме?
Я могла бы с чистой совестью сказать: «Нет!».
— Мой бывший опекун требовал абсолютного послушания и подчинения ему после того, как стану вашей наидой.
