Очаровательная Мария чувствовала себя марией кошки во владениях непостижимого дьявола. Кожа ее покрывалась мурашками от его прикосновений, а мысли путались в тумане страсти и проклятия. Ее губы были подчинены чудовищному желанию, когда он, наклонясь к ней, словно загипнотизировал ее разум....
Я рассказал брату, что Халиса не временное увлечение, а та, которая вскоре разделит со мной свою судьбу. Энекин изначально впал в шок, а вот потом последовала настоящая тирада, что я баран, кретин и все бранные слова приближенные к этим. Брат не хотел понимать меня, указывая на свои ошибки. Я понимал, что он не желает мне своей участи, но все же считал, что этого не случится. Халиса не та, кем ее считает Энекин. Она искренна, скромна, до жути чувственна. Именно такой я видел ее.
Хотелось броситься вслед за братом и не дать ему воплотить задуманное в реальность, но внутренний голос шептал, что пока Энекин не проверит, он не успокоится.
— Да черт с тобой! — рыкнул я. — Проверяй на здоровье! Я готов дать руку на отсечение, что Халиса вцепится тебе в морду, как только ты потянешь к ней свои губищи! Эта девочка только моя! МОЯ и я полностью в ней уверен!
Халиса
— От чего же? — наигранно удивился мужчина. — Мне несложно.
— Простите? — я чувствовала, что стоит ждать от него нечто подобного, но что это будет сказано во всеуслышание, даже и не предполагала. — Что вы имеете в виду?
Все, кто присутствовал в этот момент на кухне и были заняты своими делами, мгновенно замерли, боясь пропустить хоть одно из наших с братом Алерона слов.
— Ну как же? — мужчина сделал шаг вперед, вставая рядом с Баримором, который забыл, чем занимался ранее.
— Я полностью с вами согласен, — подхватил Баримор, — леди Халиса готовит божественно.
— Ну вот, что я и говорил, — закивал брат Алерона, — вы и до Баримора добрались.
Мужчина засмеялся и его смех подхватили все остальные, за исключением меня. Я чувствовала ложь. Знала, что шутки здесь и близко нет. Скорее именно такую тактику выбрал этот лорд, чтобы прощупать меня, мои намерения.
