Очаровательная Мария чувствовала себя марией кошки во владениях непостижимого дьявола. Кожа ее покрывалась мурашками от его прикосновений, а мысли путались в тумане страсти и проклятия. Ее губы были подчинены чудовищному желанию, когда он, наклонясь к ней, словно загипнотизировал ее разум....
"
"— Ну вот, — запыхавшись произнес дворецкий, внося в кухню три бутылки вина, — сейчас здесь открою, чтобы в зале с пробкой не возиться.
Мужчина за пару секунд открыл первую бутылку и отставил ее в сторону, придвигая к себе вторую. Только я хотела приступить к разрезанию пирога, как носа коснулся ядовитый запах кагари.
— М-м-м! Какой аромат, — протянул Баримор. — Чудесное вино!
Волнение накрыло с головой.
«Боги, что мне делать?! Запах кагари невозможно учуять носом человека. Те, кто выпьет данное вино, выпустят душу из тела…»
— Баримор, — подошла я к дворецкому, — мне срочно нужно поговорить с лордом Алероном…
14.
Алерон
Весь день я пытался думать о чем-то другом, но не о той, которая не желала покидать моих мыслей. Даже пробовал отвлечься при помощи Марика, который отбрыкивался от моих игр, как только мог, желая улизнуть на кухню к Халисе. Даже ребенок не остался равнодушен от встречи с этой невероятной девушкой.
Стоя на крыльце вместе с Энекином, который о чем-то усиленно размышлял, мы наблюдали за приближающимися к поместью экипажами.
— Ты даже не спросишь, как мои успехи в соблазнении твоего повара? — невзначай произнес брат.
— Не спрошу, — ответил я, засовывая руки в карманы.
— Настолько уверен в моем поражении? — хмыкнул он, не смотря в мою сторону.
— Именно! Я чувствую сердцем, что она отличается от всех знакомых ранее мне девушек. Халиса словно сошла ко мне с небес…
Энекин оторвал взгляд от уже почти подъехавшего экипажа и удивленно на меня посмотрел:
— Значит, ты действительно намерен разорвать помолвку с Камалией из-за этой девушки?
— Да, намерен, — мой ответ был четким, ни на секунду не вызывающим сомнений. Я чувствовал сердцем, что поступаю правильно.
Приняв свои мысли и желая, которые как можно скорее хотелось воплотить в действие, мне даже дышать стало легче. Я будто обрел крылья за спиной…
Спустя несколько минут мы направлялись в обеденную залу. По всему дому разносились ароматы кушаний, от которых жалобно урчал желудок. Халиса знает свое дело, уверен, что король оценит ее умения.
— Мой лорд, — из-за поворота материализовался Баримор, тут же белея лицом и сбиваясь на полуслове.
