Автор
В темноте и безмолвии скрывается некий зловещий шарм — холодный воздух подъезда, пустые ступени лестницы, словно застывшие в табуле роковой страсти. Тихий портрет жизни, где каждый предмет говорит о неразгаданной смертельной любви.
Играет ласково и нежно. По телу раскатывает сладкая дрожь. Подаюсь вперед, вжимаюсь в его жадные руки. Он продолжает гладить. Мастерски ведет партию.
Хочу повернуться. Хочу увидеть мужчину.
Все попытки пресекаются. Вместо этого незнакомец поворачивает меня на живот. Сорванное белье летит на пол. Рывок. Шлепок. Проникновение. И темный бог начинает накачивать меня умопомрачительными ощущениями.
Закусив губу, мычу в подушку. Низкие тягучие стоны выталкиваю. После первого громового телесного раската все меркнет. Все становится мелочью.
Рывок. Расталкивает колени еще шире и таранит снова. Глубоко, страстно, жадно. Сбивающееся громкое дыхание летает по комнате. Эхом отскакивает от пустых стен. Эротическим вихрем, предоргазмической волной качается.
С тумбочки слетает светильник, разбивается на куски. Этот звук отрезвляет окончательно.
Это не сон!
Но остановиться не могу. Возбужденное тело в разрез идет с просыпающейся памятью.
Мужчина неторопливо поднимается. Небрежно целует между лопаток. Вздрагиваю, пытаюсь подняться. Он предупреждающе надавливает на затылок. Мое лицо утопает в скомканном одеяле. Почему не разрешает? Кто он такой? Почему именно я?
Тихие шаги. Хлопок двери и вновь темнота. Осторожно поднимаюсь, крадусь и выглядываю в коридор. Он пуст.
Мне должно быть стыдно, но я этого не ощущаю. Впервые в жизни случилось то, что выбило из рамок. Не жалею. Ни капли. Вернись незнакомец сейчас, не уверена, что устояла бы. Снова бросилась в океан. Да что же со мной творится…
Натягиваю спешно одежду. Путаюсь в складках платья. Собираю быстро волосы в хвост и босая бегу в веранду, где сидят друзья. Замираю на входе, бегло оглядываю присутствующих. Все те же, кто были. Женька удивленно таращится.
Волоку ее за руку. Подруга, спотыкаясь еле поспевает. Не успокаиваюсь, пока не захлопываю дверь гостевой спальни.
— Кто еще тут есть? Говори!
— Где? Что случилось? Ты на кого похожа, Ник? Что с лицом?
Бросаю Женьку. Мчусь к огромному зеркалу и впервые глухо матерюсь, разглядывая свое отражение. Лохматая, кожа красными пятнами идет. Губы, как вареники распухли. Искусаны, измяты. Макияж размазан зверски.
