Автор
В зеркальных очках Галкиного взгляда прячется мудрость поколения прошлого. В июне Герасима выглядит так, словно уже пережил зиму. Каждый шаг в этом мире мокрых дорог и тихих улиц несет с собой историю - она ведь не просто так носит лапу на запястье.
– У меня просьба, – зачастила госпожа Шляхтина-Энгельман, – я совсем забыла! Ирочка сегодня вместе с классом идет в музей «Тело человека». Детям и родителям предстоит участвовать в игре. Учительница подчеркнула: «Без взрослого школьника не допустят в лабиринт». Я пообещала Ирише непременно приехать к месту сбора, но вынуждена задержаться, не успеваю.
– Что мне надо сделать? – осведомилась я.
– Сходите с девочкой на мероприятие, – ответила дама, – экспозиция расположена недалеко от нашего дома, я пришлю вам адрес.
– Девочку я должна забрать в школе? – осведомилась я.
– Нет, езжайте прямо в музей, – велела теща Красавина, – скажите учительнице, что вы тетя Иры. Я предупрежу Ольгу Николаевну.
Радуясь тому, что приняла решение ехать к Орлову не на своем джипе, а на непрезентабельном металлоломе домработницы, я развернулась и поехала в сторону станции метро «Кунцевская».
Глава 8
– Вы не моя тетя, – сердито заявила Ира.
– Конечно, – согласилась я, – но Анна Григорьевна задерживается, Елена Васильевна и Андрей Михайлович на работе. Если хочешь принять участие в игре, то для этого я здесь.
Ира скорчила гримасу.
– На присутствие отца и матери я и не надеялась. Если мне ноги лесопилка отрежет, то они даже в больницу не приедут. Родители со мной почти не разговаривают."
"Я посмотрела на худенькую взъерошенную девочку.
– Повезло тебе.
– Не надо ехидничать, – фыркнула Ира.
– Говорю совершенно серьезно, – сказала я, – в двенадцать лет я страстно мечтала, чтобы в нашей семье хоть на часок воцарилась тишина. Но как только я приходила из школы, мне на голову лавиной падали замечания бабушки: «Почему так поздно?», «Чем ты занималась?», «Где испачкала ботинки?», «Что вам задали?», «Вымой руки», «Кто утром забрызгал зеркало?» И так до бесконечности. Когда она уставала терзать меня, с работы приезжала мать, и все начиналось по новой.
Ира заморгала, потом другим тоном спросила:
– Вы жили за гардеробом?
– В детстве да, – подтвердила я. – В одной комнате с бабушкой.
